Бывшие в падении

В этот момент в класс вошла наша преподавательница класса и похлопала в ладоши.

– Начинаем! На гостей внимания не обращаем. Все, отобранные на вчерашних просмотрах, – поздравляю, займите подобающие места.

Она указала нам на центральные станки, и я испытала острое чувство трепета. Стоять в центре, быть одной из лучших – забыла, что это такое. Я постаралась подавить в себе отравляющее чувство, что все это незаслуженно. Недостаточно быстро, поскольку Ольга Павловна уже подошла ко мне и дернула за плечи, их расправляя.

– Плие, – скомандовала она – и класс начался.

***

– Многие из вас наверняка задаются вопросом, по какому критерию я отбирал танцовщиков на вчерашних просмотрах.

Мы сидели на полу, отдыхая последние минутки перед танцем, а Кифер ходил между нами. В воздухе витало отчетливое напряжение. Он наблюдал за нами во время класса. И хотя я ни разу не заметила, чтобы он смотрел прямо на меня, его внимание ощущалось кожей. Или я совсем загонялась. Впрочем, а кто бы не загонялся после тех слов, что прозвучали вчера? Он собирался сделать так, чтобы я ушла, а мне нужно было остаться.

– Все просто: критериев несколько. «Мулен-Руж» – это страсть. Те, в ком я ее не увидел, – ушли. Само собой, я также смотрел на вашу технику и трудолюбие. И вот что скажу: ни один из присутствующих не прошел по всем трем параметрам. А это ни много ни мало значит, что ни один не заслуживает ведущей партии.

Новость ударила под дых, но я чувствовала, что радоваться бессмысленно. Скорее наоборот. Поль манил меня вожделенной морковкой, чтобы увести ее из-под носа.

– Я отобрал семнадцать человек. Цифра не парная. Поэтому я пригласил танцовщика, который будет солистом-дублером. Я сам разобью вас на пары. Перестановки определенно будут, пока у меня недостаточно информации, чтобы учитывать не только рост.

К собственному стыду, до этого момента я не запомнила отобранных. Вчера мне было несколько не до того. Жаркие объятия с мусорным ведром помешали. Но я сразу поняла, кто будет моим партнером: тот, кто запасное колесо.

Понять не могу, как меня когда-то угораздило влюбиться в такого подонка? Впрочем, когда мы встречались, он относился ко мне хорошо. По-настоящему хорошо. Пытался помочь.