Транквилизатор. Комикс ушедшего лета

Семён был в тонкой кожаной куртке поверх цветастой легкой рубахи на выпуск, светлых узких джинсах и хулиганке на коротко стриженной белобрысой голове. Он был загорел, жилист и сух, как осина, но крепок. Чувствовалась в нем работяжья сила, поспевшая на деревенских харчах, но и неотесанная простота его резала глаза. На вид ему было тридцать с небольшим, но, думается, что тяжелый физический труд и вредные привычки сильно накидывали лет. Он неловко бросил на стол крупную купюру, сверкнув позолоченным браслетом часов, и близоруко осмотрелся вокруг.

– Мож, присядем? – предложил Семён.

Было видно, что он привык к посиделкам на кухне, а не к барной толкотне. Музыка гремела, приглушая речь, а стробоскопы били по глазам. Далее за баром был не большой танцпол, а сзади располагались столы. За один из них Шевчук и усадил приятеля, по—хозяйски забрав сдачу у бармена. Станислав ударил бокалом виски о стакан своего спутника и красноречиво прокричал:

– Ну что, Сеня! Достойному человеку достойный досуг. Выпей со мной!

Но не успели они пригубить, как над ними нависло три фигуры.

– Это наш столик! – заявила пухленькая девушка, угрюмой тучкой заслонив свет танцпола, а её подруги, – стройная брюнетка и маленькая, что полевая мышь, шатенка, – закивав, указали на несколько полупустых фужеров коктейля, которые парни даже не заметили.

– Так и есть! – согласился Шевчук, элегантно отодвинувшись по мягкому дивану глубже к стене, – но мы идем в комплекте.

Он жестом пригласил девушек присесть, рассчитывая, естественно, на ту, что стройнее.

Дамы насторожились, но Тучка, недолго думая, плюхнулась к Станиславу, подавая пример приятельницам.

__________________________________________________________________

Через считанные минуты «девятка» остановилась в спальном микрорайоне частных дворов. Весь город состоял из деревенских построек и двух—, трех—, в лучшем случае, девятиэтажек советского периода. За хлипким забором тявкала собака, в окнах горел свет. Вадим несколько раз свистнул, убедившись, что калитка надежно заперта.

Тимофей, стрельнув у него сигарету, закурил. Спустя секунды перед ними появился среднего роста моложавый худой темно—русый паренёк лет шестнадцати. Его звали Александр Нигматулин.

– Опа—це?! – улыбнулся Вадим. – Вот, о ком писали все газеты!

Ударили по рукам.

– Что у тебя приключилось—то? – интересовался, здороваясь, Тимофей.

– Что—что! – осмотрел он гостей. – Ушата?ли меня!

– Кто?! – шутливо искривил голос Андропов.