Живой человек

– Я и не скрываю этого. В разные времена меня охватывают разные идеи. Иногда я становился фанатичен и одурманен ими так, что даже и сомнения не возникало. Эта дурная болезнь меня уже давно не трогает, с того момента, когда я стал более осознан и понимаем собой. И не тронет, ведь сейчас я встал на путь здравый, который когда-нибудь изменится на другой, новый, благодаря сомнению моему.

Вопрос был удостоен ответом. Началось прекрасное молчание, которое дополнял ветер, давая опавшей листве произнести музыку её заката.

Самочувствие было свежим после тяжёлых, на первый взгляд, размышлений, обрушившихся лавиной; шло осмысление, а следом и лёгкость, всё ставилось на полки собственного понимания, пройдя восприятие.

– Я думаю, то, что вы сказали ранее, о настоящих желаниях, и есть свобода. – предположила Берни со взглядом, как у человека, открывшего что-то великое.

– Почти. Свобода представляет из себя большее. Для того, чтобы это была она, нужно добавить к этому – действия согласно себе, осознание всевозможности и понимание себя, а вследствии и всего вокруг.

Я понимаю себя интуитивно. Интуиция – это не какаое-то волшебство, это знание, необъясняемое словами, основанное на самом себе. Ещё думаю, вам стоит сказать то, что никто не поймёт вас и не поможет вам в полной мере, кроме вас самой. Могут направить, посоветовать, поверхностно и не глубинно попытаться понять, но только вы сами в полной мере способны на себя. Я сам способен только на себя. – не желал останавливаться Тантур, ведь он с великой жаждой стремился все свои открытия привести в порядок и структуру. И больше не для себя, ведь он и так всё это понимал, а для Берни.

Они шли по тропинке среди множества деревьев по бокам, смотрели на них, но ни разу не притронулись к ним. Для неё это было недопустимо.

Она резко сменила направление в сторону этих великанов природы. Он сразу пошёл ей вслед, но не быстрым шагом, как она, а медленным и размеренным, который был до этого.

Его занимало то, что такая маленькая старушка так быстро перебирала ножками.

Берни остановилась, не дойдя до дерева, она села на корточки посреди сухой земли и не сухой травы.

Ей нравилось наблюдать за тем, как капли воды оседали или сползали по траве.

Тантур присел таким же образом, расположившись в двух шагах от старушки. Его взгляд был обращён вниз, на землю и траву. Он раскрыл ладонь и прислонил её к земле, проводя ею и вправо и влево. Ему будто хотелось что-то почувствовать.