Живой человек

Старик опомнился и обратил внимание на сонного юношу.

– Ох, вы, наверное, уже хотите спать. Ну да, вы ведь бежали целый день и устали. Ложитесь на кровать у стола, а я посплю, лёжа в кресле. – заботливо и вежливо предложил Барти.

У юноши уже не было сил противиться сну, и он согласился и лёг на мягкую кровать, расчитанную для одного человека. Одеяло было в красно-зелёную клетку, шерстяное и мягкое.

Барти взял себе другое одеяло и, пожелав спокойной ночи, погасил лампу, которая, помимо свечи, освещала дом. Свеча давно погасла.

Под звуки шелеста листвы, напоминавшей летящих бабочек, старик и юноша приятно и крепко уснули.

Серебристо-белый дом с зелёной крышей стоял посреди ясной тёмно-синей ночи, принимая на себя лёгкие дуновения холодного ветра. Чарующая ночь воцарилась в этих местах. Её недолгая красивая жизнь и такая же быстрая и красивая смерть…

Возродившееся солнце наполнило своими тёплыми и яркими лучами дом. Лучи проявляли летающую в воздухе пыль.

Гиперион проснулся. Похоже, Барти ещё спит.

Юноша аккуратно встал с койки и заправил её одеялом. Рядом стоял письменный стол Барти, и ему стало интересно, чем же занимается старик, ведь такой стол, стоящий в углу комнаты, точно творческое пристанище.

Стол был сделан из тёмно-багрового дерева, весь лакированный. На нём лежала пара белоснежных исписанных листов, располагавшихся ниже середины и лежавших наискось один на другом. В левом верхнем углу стола лежали пара каплевидных и плотных тёмно-зелёных листьев и несколько жёлудей с жёлто-зелёными концами и молочно-шоколадного цвета серединами.

В правом верхнем углу лежали белые нити и металлическая иголка, а рядом что-то, на первый взгляд, странное: вокруг одного ярко-жёлтого кленового листа простирались четыре, уходящих в разные стороны, ряда разных листов, разного цвета в каждом; они походили на лестницы, окружившие один листок, скреплённые с ним белыми нитями, а держались они на опорах из деревянных спиц или зубочисток.

Гиперион тщательно и сосредоточенно рассматривал это нечто.

Ряды листов, похожие на поднимающиеся вверх лестницы, были разноцветны. В каждом ряду листья цветом не походили на листья другого ряда: зелёно-орнажевый с явными жилами, красно-розовый тонкий и переливающийся, персикового цвета круглый с двумя острыми концами наверху; их было множество. Каждый лист представал «ступенью лестницы», и каждый был не похож на другой, и формой, и цветом.

Внутри юноши был всплеск чувств от красоты этой конструкции.