Горе

Горе

Виталий Лавринович

Забавная история из жизни пятилетнего мальчика в СССР. Вторая половина 60х.

Виталий Лавринович

Горе

Январь 1968 го. В эфир впервые выходит программа "Время". В Праге начинается «весна». Американцы «теряют» в Гренландии атомную бомбу. Полковник Гагарин ещё с нами. Мохаммед Али отлучен от бокса и лишен наград из-за отказа служить в армии США. Америка собирается на Луну, и СССР «пыжится» – догнать и перегнать ее. До коммунизма, обещанного Хрущевым – 12 лет. У нас в магазинах появляются глазированные шоколадом творожные сырки, и еще не исчезла колбаса.

Мой отец, рабочий на железной дороге с зарплатой 180 рублей. За эти деньги мы можем купить 1384 батона, или 331 кг. трески, или 1800 яиц, или 5400 литров солярки, или 1636 порций моего любимого «крем-брюле». В буднях великих строек, страна мечтателей……

Советская Латвия (звучит как – «постное сало»). Город Даугавпилс. Мне 5, я уже вполне себе мужчина. У родителей выходной, собираемся ехать в деревню, но мама где то задерживается.

Отец сердится – опоздаем на автобус. Появляется мама, объясняет: «В нардоме* сандалики на Виталика выбросили, пришлось постоять».

Почему на меня «выбросили» какие то «сандалики», почему из-за этого маме пришлось где-то стоять, я понять не успел, она открыла коробку, и я их увидел, вернее сначала я их почуял. Вся комната, сразу наполнилась ими. Они были везде. Так вероятно должно пахнуть счастье. Они были волшебно – желтого цвета с красным кантиком по всей подошве, с серебряной пряжкой и тоненьким ремешком, но главное, это запах.

Они пахли летом, бегом, жизнью. Неужели это мне? Как здорово, что какому – то дураку, пришло в голову их выбросить. Я уже умел считать. Их было два. Они были одинаковые, хотя не совсем. Как в зеркало смотреть. Как мои ноги. Они были для них, для моих ног. Сейчас я их надену.

Мы опаздывали на автобус. Их спрятали обратно в коробку и засунули на самый верх стенки – до лета…

В деревне, дед встречал нас на автобусной остановке, на лошади, запряженной в сани.

Я сел с ним впереди, и он дал мне подержать вожжи. У лошади из ноздрей клубился пар, и она пахла потным теплом, я забыл про все на свете…..

Потом пришла весна. Пришла беда – не стало Гагарина. Мы читали газету – мама плакала, а отец сказал непонятное: «Конечно, он им мешал. А навыки не пропьешь». И ещё той весной затонула подводная лодка "К-129". Программа "Время" не распространялась об этом, но все откуда – то знали.