Хромое счастье. Повести и рассказы

Тот долго отвечает гудками, но вот послышался голос Вадима Петровича.

– Не жди меня, – быстро говорит он, стараясь опередить ее вопросы. – У меня наметилось серьезное дело, так что я сегодня переночую у родителей, а рано утром уезжаю недели на две в N-ск. Там завод, мне предложили должность. Надо съездить посмотреть. Так что, думаю, ничего с сюрпризом не случится, если увижу его позже.

– Но почему не позвонил сразу? Не предупредил, что будешь у родителей, что собираешься уезжать? Значит, если бы я сейчас не позвонила, то и не узнала бы, что тебя уже в городе нет? Это, по-твоему, нормально?

– Оля, не начинай! Ничего страшного не происходит.

Ну, завертелся, забыл позвонить. Позвонил бы утром. Ты же должна понимать, как это для меня важно! Как уехал, так и приеду, а что ночую у родителей – так у меня здесь документы, нужные вещи. Женщина грузно осела на диван.

Вот, значит, как… Молодец, проявился, показал, где ее место и какова цена. Она больше не хотела его слышать.

Хотя, нет, она все же проверит свою догадку, и побежала искать в сумочке номер телефона его дочери. С трудом дождавшись утра, позвонила. Женский голос ответил быстро.

– Извините, что беспокою, – старалась говорить спокойно Оля, – но мы с Вадимом Петровичем хорошие давние друзья, и он сказал, что в случае чего, могу вам позвонить.

Дело в том, что мы, бывшие однокурсники, собирались вчера встретиться, посидеть, поговорить, а он не пришел, хотя обещал. И не позвонил, и я не дозвонилась.

Может, что случилось? Или какая срочная командировка? -Почему не позвонил – не знаю. Отец жив – здоров, и о поездке куда-нибудь разговора не было. Видимо, закружился и забыл. С ним такое редко, но бывает, – со смешком ответила трубка.

Оля окинула взглядом неубранный с вечера стол, подошла к зеркалу и внимательно посмотрела на себя – моложавую, симпатичную:

– Оленька, тебя элементарно бросили! Тебя! Два года посидели на шее и решили сменить обстановку и шею.

Видно, подвернулась потолще, в смысле обеспеченнее. Женщина быстро подошла к столу, налила в рюмку коньяк:

– За тебя, глупая! За тебя! Затянувшаяся интрижка подошла к концу. Будь честна: ты же в глубине души понимала, что примерно так все и закончится. Вот только не ожидала, что первый шаг сделает он. Нет, ничего страшного не произошло, и его уход не повод лить безудержные слезы, но… Но какое мерзкое ощущение… грязь и непорядочность.