Право ненавидеть. Повести

А иной пассажир двинет в вагон-ресторан, с людьми познакомится, рюмочку пропустит или, если финансы не позволяют такую роскошь, достанет свою домашнюю курочку, интересную книжечку или колоду картишек, и время в пути пролетит для него легко и интересно. Человеку, чтобы жить, необходимо что-то, что приносит радость. Хобби. Приятная музыка. В конце концов, кто-то, как например, мои домашние женщины, забавляется политикой – это тоже может быть интересно. У нас лучшие в мире «Искандеры». Почему ты не радуешься?!

Аглая хмурилась – сторонники позитивного мышления с их пританцовывающей походкой ее подбешивали.

– Мне твое веселье совсем не понятно! Бесхвостые собаки виляют всей задницей. Так же и у людей – хвост давно отвалился, а инстинкт остался. Какая-то дура за ушком почесала, покормила, назвала хорошим мальчиком, а ты и расцвел! – стыдила она Илью за оптимизм. Но во взгляде бывшего мужа, помимо дурацкого энтузиазма, ей чудилось нечто, похожее на сострадание, и от этого она ненавидела его еще сильнее.

До такой степени, что если бы у него было две головы, она бы обе оторвала.

– Чем ты питаешь душу? – настаивал Илья.

– Ничем.

– Ты слишком долго питала ее ничем, и теперь там, где должна быть душа, у тебя пусто.

– У тебя для каждой ситуации совет припасен?! – раздражалась Глаша. – Учитель по жизни? Раньше это называлось «каждой бочке затычка», а теперь это тренер личностного роста, Мать твою за ногу!

По радио зазвучала Milonga Хулио Иглесиаса.

Илья сделал громче и, когда начался самый красивый пассаж, он уже подпевал и приплясывал:

– Слышишь?

– Что? – Аглая наблюдала всю эту картину без улыбки.

– Красиво! Я понимаю тех крыс, что пошли вслед за дудочкой Крысолова! Когда мелодия нравится, в ней хочется раствориться, стать частью ее!

– Ну, да. Красиво.

– А сотворил это человек, у которого ручки-ножки болели, спина ныла и, может быть, даже кишечные колики мучили или изжога от больничной еды.

Он весь в гипсе лежал и сочинял такую музыку. А мог бы кряхтеть, как ты.

Грех уныния – полноценный грех, такой же, как воровство или богохульство, и Глаша в его глазах была страшной грешницей. (Многоженство, кстати, не грех. Библейские патриархи все были многоженцами.) Счастье доступно любому, почти при любых внешних обстоятельствах, нужно лишь уметь его видеть. Если ты не видишь, как прекрасен мир, значит, тебе давно пора вымыть окна.