Перед восходом солнца

И вообще, ты столько раз изумлял меня: редактор «Рабочей трибуны», самого темного среди уличных листков, кандидат в рейхстаг от милейшей черни! И что ты от этого имеешь?… Только правильно пойми! Уж меня нельзя упрекнуть в отсутствии сострадания к беднякам, но изменение их участи должно прийти сверху! Да, именно сверху вниз, ведь народ даже не знает, что ему нужно… Я, видишь ли, ваше «снизу вверх!» как раз и считаю попыткой пробить лбом стенку.

Лот. Из всего, что ты сказал, я не очень много понял.

Гофман. Ах, так, – ну посмотри на меня! У меня свободные руки.

Теперь я мог бы сделать кое-что ради идеала… И могу сказать, пожалуй, что моя практическая программа близка к осуществлению… Ну, а вы… по-прежнему с голыми руками… вы-то что намерены делать?

Лот. Да, поговаривают, что ты пробираешься в Блейхредеры.

Гофман (польщенный). Много чести… Пока еще не достиг. А кто это говорит? Каждый трудится на свой лад. И каждому воздается соответственно… Так кто же это говорит?

Лот. Я слышал, когда был в Яуэре, как об этом говорили какие-то два господина за соседним столиком.

Гофман. Ишь ты!.. У меня ведь есть враги!.. А что они еще говорили?

Лот. Ничего особенного. Благодаря им я узнал, что ты находишься сейчас в имении своего тестя.

Гофман. И чего только не пронюхают эти люди! Милый друг! Ты даже себе не представляешь, как следят за каждым шагом человека с положением. Сколько неудобств приносит богатство… А между тем дело простое: моей беременной жене нужна спокойная обстановка и чистый воздух.

Лот. А как же с врачом? Хороший врач – это самое важное в таких случаях. Но здесь, в деревне…

Гофман. Видишь ли… Здесь как раз очень дельный врач. А я на собственном опыте убедился, что добросовестный врач лучше гениального.

Лот. Бывает и так, что у врача добросовестность сопутствует гению.

Гофман. Пусть так. Во всяком случае, наш врач – человек добросовестный. Он, знаешь, тоже этакий идеолог, нашего с тобой покроя… Преуспевает ужасно среди углекопов и крестьян.

Они его просто боготворят. Иногда, впрочем, это совершенно невыносимый субъект, этакая ходячая смесь суровости и сантиментов. Но, как сказано, добросовестность я умею ценить!.. Это превыше всего!.. Да, пока я не забыл… Мне это очень важно… мне нужно знать, кого я должен остерегаться… Слушай!.. Скажи откровенно… я вижу по твоему лицу, что господа за соседним столиком не сказали обо мне ничего хорошего… Скажи мне, пожалуйста, что именно они говорили?

Лот.