Простые истории

Ведрами грибы и ягоды собирает, а еще жалуется, что силы не те, здоровье, глаза, руки, а сам многим молодым фору бы дал, да еще, обходя, посмеивался бы…

– Ты чего?! Ружье-то положи, кому говорю.

Громкий, тревожный голос Игната вырвал Макара из раздумий. Он провел рукой по кустам, стряхнул с ладони росу, вытер руки о штаны.

– Чего там у вас происходит? – недовольно крикнул он, аккуратно пробираясь по извилистой тропке.

Вчера она разбили стоянку ближе к берегу, чтобы было легче свежевать туши. «Старею, – подумал Макар.

 – Теряю, видно, хватку». В лагере между тем один из вчерашних драчунов решил разыграть товарищей и, надев шкуру медведя, полез шатать палатку.

– Твою мать, – только и успел выдохнуть Макар, услышав выстрел.

Но к человеку с ружьем не бросился, хотя и вышел из-за кустов недалеко от него, растерялся как-то, зачем-то схватился за колено.

Выручил всех Санька. Подошел, приложил, вырубил горе-охотника, наподдал фальшивому медведю. Чуть-чуть, правда, не рассчитал силы, похоже, нос сломал, но ничего, до свадьбы заживет.

Остальные мужики еще не так могли приложить, так что пусть спасибо скажет…

Сели, выпили. Налили Саньку. Он сначала отказывался, а потом разошелся, не унять. Рванул зачем-то купаться в одежде, как был, под водопад, кричал: «Жизнь прекрасна!». В общем, охота удалась. Особенно явственно это было заметно по осунувшимся на следующее утро лицам горе-охотников.

Шел дождь, и они, позавтракав, сгрузили багаж в кузов, прыгнули на машины: грузовик вел Санька, внедорожник – Макар.

Игнат устроился в кабине с Саньком, шутил, показывал рукой направление. Санек с утра был злой, не выспавшийся. Он неохотно откликался на реплики Игната, раздраженно бурчал: «Сам знаю», «Не говори под руку». В общем, не проявлял к старику должного почтения.

На небольшом привале у автовокзала перед последней крупной развилкой на город они на пятнадцать минут остановились, попили чайку, провели первую ревизию впечатлений. Санек в общем разговоре не участвовал. Только сбегал зачем-то до местного ларька, вернулся, залпом выпил причитавшуюся ему кружку чая, от закуски отказался, вел себя бодрячком.

Блеск в глазах, усмешка, даже плечи и те расправились и стали еще шире, а ведь габаритами молодого человека бог не обидел. Игнат потянул Макара за рукав, отвел в сторону.

– Опохмелился? Как бы нам не нарваться. Может, ну его, город. Ты довезешь мужиков, а мы с Санькой на базу, а вещи завтра забросим.

Макар только махнул рукой.