Буря. Пьеса

Учил меня ты, как назвать светила —

Жёлтушными и нежно-голубыми,

Сверкающими светом дивным, бледным,

И я был я этим сонмом окружён

Мерцающих созданий всей Вселенной,

Признаться, я любил тебя за это!

И был готов за это показать

Жемчужины хозяйства островного,

Угодья и поля, луга и реки,

Источники с хрустальною водой,

Пещеры соляные и затоны…

Какой дурак! Каким я глупым был!

Нетопыри безглазые и вии,

Сюда! Скорее! Свет Миров – для Вас!

О Сиракс! Очень может быть,

Что я рождён, дятя планет,

Жуков и жаб благословить

На их зелёный свет!

Жуки и жабы – слуги Сикораксы!

Я был свободен! Был себе хозяин!

Теперь – я раб! В нору я загнан!

Мой остров – нем!

Просперо

Ты самый лживый раб! Урод презренный!

Удел твой плётка, а не доброта!

Ты не ценил, как я тебя приветил,

К себе приблизив с отчим милосердьем,

И дав тебе приют в моих хоромах,

Так чем же ты меня благодарил?

Принюхавшись тотчас к моей пещере,

Задумал обесчестить дочь мою?

Калибан

О-хо, хо-хо! Охо-хо-хо-хохо-хо!

Какая жалость, что не удалось!

Не помешай ты мне в моих порывах,

Я остров бы весь этот заселил

Благими Калибанчиками в струпьях!

Просперо

Какая мерзость! Ненавистный раб!

И тень добра к тебе мне не приклеить!

Исчадье самых мерзких проявлений,

Я так жалел тебя, потратил столько сил,

В стараньях, чтобы ты заговорил

И слово «мама» испустил из чрева…

О гнусный раб, в грехах заплесневелый!

Дикарь отвратный! Вёрткий, грязный червь!

Позорище, погрязшее в пороках,

Не могущее выразить в словах своих желаний!

Чудище! Я дал тебе язык,

Названия вещей и все понятья

Но переделать подвиг мой не смог

Твоей животной сути изначальной.