Мировая поэзия. Том четвёртый

Спасибо жив и Слава Богу!

Меня трижды отдавали под суд,

каждый раз фабриковали дело.

Сумма моих страданий абсурд.

Правосудие использовало меня, как тело.

Лучше, если жизнь вне решёток

изучена тем, кто внутри измучен.

Промежуток жизни очень кроток,

а мир, сжатый бетоном, нелепо скучен.

Когда я вышел из тюремных ворот

к своему верному другу пространству,

известно стало, что время взяток не берёт,

а в тюрьмах не сидят за казнокрадство.

Последнее время жил, как в саванне лев,

никогда не думал о грядущем благе,

я пережил этот дикий блеф.

Жизнь превратилась в клочок бумаги.

Жизнь недлинна, чтобы откладывать

самое худшее в долгий ящик.

Научиться бы в будущее заглядывать,

из меня получился бы хороший рассказчик.

Не хватал я звёзд с небосвода,

из-под меня украли местность,

просто забрали мою свободу,

но появилась моя словесность.

Она в мозгах моих для блага,

живёт не без приюта.

Пишет, рука, белеет бумага,

летит минута.

Одна тысяча, или две тысячи —

от родного крова.

Тысяча означает, что я был вдали,

между семьёй и мной – только слово.

Я вернулся на место изгнания,

где ходил по лезвию, как по канату,

не заметив чужого внимания

и не не требуя за всё доплату.

Развалины – тоже чья-то архитектура.

По тюрьмам склоняли, как по всем падежам,

сделав из меня аббревиатуру.

Жизнь моя затрещала по швам.

Мы – молекулы тюрем.

Срок прожить, как перейти поле.

Сильней смысла закурим —

сигарета на воле.

5 часть.

«В трущобах иммиграции»

Почему молчат наши Боги?

Зачем страдать, зачем рожать?

Нам неоткуда ожидать подмоги.

Остаётся только за море бежать?

У кого не осталось чести,

Родину меняют на чужбину,

исчезая там с семьями вместе,

туда, где смотрят в лицо, как в спину.

Им кажется, что за морем их дом,

где всем, всегда не очень то рады.

Они отчизну не полюбили за то,

что в ней не нашли своей правды.

Всю их Родину чиновники захватили,

с олигархами выжимают все соки,

а народ страдает от любви и боли,

извлекая из судьбы уроки.

Когда дом покинешь, прожектор включи.

Пусть освещает вослед, на прощание,

как лунная дорожка в кромешной ночи,

лишь до рассвета твоё расставание.

Под утро взглядом верни сожаление.

Про всё не думай, иди на восток.

Пусть запад поймёт пустоту исчезновения,

крупицы вчера, щепотки сегодня и завтра кусок.