Не вместо

Они подпрыгивают и резво освобождают проход, а я пытаюсь понять, что именно на меня нашло. Обычно я не кидаюсь на людей, замешкавшихся в дверях. Должно быть, эта неделя вымотала меня настолько, что не осталось сил на нормальные, взрослые реакции в ответ на совершенно безобидные вещи. Фейрстах, Эммерсон, Докери и Масконо – четыре всадника моего персонального Апокалипсиса.

– А мое пиво? – жалобно тянет Аманда. Хорошо хоть не требовательно.

– Ох, я забыла, – изображаю я улыбку, в которой ни капли раскаяния.

Если она думает, что после всех тех гадостей, что она мне говорит, я стану таскать ей напитки – она ужасно ошибается.

– Ладно, схожу сама, – вздыхает Аманда, как будто даже не расстроившись.

– Развлекаешься? – хмыкает Клэр, проводив ленивым взглядом удаляющуюся фигуру девушки, которая непонятно по какой причине вообще хочет с нами двумя дружить. Совершенно очевидно, что она никак не вписывается. Надо найти нам в компанию четвертую. Станет Аманде лучшей подружкой. Или свалит с ней от нас подальше.

– Напротив, мне ужасно скучно, – возражаю я, переводя взгляд на Майлза, помогающего блондинке Зака намазать кремом от загара спинку.

– Тогда самое время потанцевать.

12. Самолюбие

Танцевать я обожаю. Но с тех пор, как бросила чирлидинг и помешалась на общественной деятельности, делаю это обычно в своей комнате с плеером в ушах. На вечеринках сестринства всегда полно забот, расслабиться не выходит. Однако вот чужие – тот редкий случай, когда можно просто отрываться и ни о чем не думать.

Когда на бедра сзади, благо поверх пляжного платья, ложатся чужие руки, я сначала дергаюсь, но, быстро узнав Масконо, решаю ничего не предпринимать. Он как тот самый прыщ после фастфуда, о котором говорил мне Фейрстах: давить нельзя, нужно просто перетерпеть. Со временем сам пройдет.

– Как тебе вечеринка? – спрашивает Джастин.

Вообще-то, мое стремление говорить правду вместо удобной другим лжи давно известно, и я не совсем понимаю, почему мне до сих пор задают подобные вопросы.

– Одна из самых скучных, что у тебя была, – отвечаю я.

– Еще не вечер, скоро все напьются и…

Начнут блевать по углам его шикарного дома. Вот тогда станет весело.

Но вслух я этого не говорю. Когда-то давно мама намекала мне, что девушке следует быть мягкой, ибо мужчины не любят жесткости.