Жене́ не обязательно всё знать

Водопад кипятка захлестнул веки Ильи и расползся по телу, незрячего стягивала даже вероятность соприкосновения с Алиной: когда-то исключительный, а теперь даже не востанавимый в памяти запах молодой, хоть и без него потерявшей невинность девушки, стал не просто нейтральным, а престранно вонючим. Всего пуще Гулянов брезговал, когда Аля лезла целоваться и пыталась говорить вблизи, чистя зубы по два раза, утром и вечером. Он объяснял, что немытый рот, настоявшись, обдаёт собеседника душным курятником, но каждый раз слышал одно: "Я никогда не была в курятнике".

А вопросы, ответ на которые она знает? Нет, внутренняя вязкость не вымывается, – Гулянов без толку гоняет счётчики, безвольно собирая неизбежное. Он напенил голову и начал шоркаться.

…

Порозовевший Илья, широко расставив ноги в клетчатых, сине-белых семейниках накрыл стул сумеречной кухни. Дунаева зажгла люстру, взяла себе одну катлету и немного пюре, тогда как Гулянову наложила в два раза больше, спрыснув острым махеевым.

Стоило малейшему удовлетворению случиться с подулыбнувшимся, предвкущающим Ильёй, как он добрел и принимал жену из жалости, умилялся ею, убедительно врал про жжение в солнечном сплетении и пытался изобразить, поверить, но это перебор. Теперь, если что-то и подчинялось Алине, так это лампочка.

Посапывание листвы, закрасившей вид из второго этажа, робкие перезвоны вилок о тарелки и маленьких ложек в кружках с чаем, больше пить нечего, случайные причмокивания, хруст колёс выезжающих и паркующихся машин, стопы, мягко гладящие пол без ковра, все, все эти звуки сдобрили безмолвное насыщение.

Аля мыла посуду, пока Илья за её спиной листал телеграм канал с обнажёнными девочками. Чтобы вытереть руки для ответа на звонок, супруга закрыла кран, раздразнённый прелестями Гулянов смахнул и стёр страшную для Алины вкладку. Он вытерпел её разговор с мамой. Весёлая жена подлетела чмокнуть притворного Илью и продолжила полоскать накопленное за сегодня. Гулянов вернулся к рискованным замашкам.

…

Кромешной ночью, молодые, приюченные подогревом тёмно-зеленого ворсистого пледа, томились фильмом на ноутбуке, лежащим между ними. Скука глодала бы их сильнее, не решись Гулянов подписать рассрочку. Будничное использование портала в режиссерский мир притупило его сопереживание к сюжетам на экране. Излучение корябало азиатизированный взор Ильи, который напрягал зрение почти полтора часа; затем ослаб и уснул.