Тропы. Книга горечи и утешения. Часть 1-я (2015)

Бьются люди, слепой покорившись гордыне,

Голос совести лечат пилюлями лжи.

И опять чёрный дым вьётся стягом измятым,

И Земля разорённая стонет от ран.

«Будет радость у нас, как тогда, в сорок пятом» —

Мне намедни сказал пожилой ветеран. —

Запоют соловьи, заколышутся травы,

И цветы расцветут, улыбаясь весне»…

…Тяжки мысли мои. И не правы, не правы

Те, кто рад между братьями страшной войне.

«А кому война, словно ночь – темна…»

А кому война, словно ночь – темна:

И виной сильна, и бедой страшна.

А иным она – будто мать родна,

Меж своих – стена, да полна мошна.

Как среди зимы – славим Солнце мы,

Как среди Зимы – не боимся тьмы,

Так и средь войны с братом брат – равны,

И страшимся мы – лишь своей вины.

Нет, не злой судьбой зачинался бой,

Мы лихой рукой – сведены с тобой,

Где не в бой – в забой, где неправ – любой.

Так и жить – с виной. Так и жить – с бедой.

«Не впервой нас пытают бедами…»

Не впервой нас пытают бедами,

Брать стараются на измор.

Нам бы вспомнить о том, что дедами

Заповедано с давних пор —

Русь беречь, как святыню главную,

Меж собою не воевать.

Не Землёю, не честью славною

Ради выгод не торговать.

Мир бы всем возвратить по малости,

Лад вернуть бы в сердца свои.

Только делать всё не из жалости,

А из верности и любви.

    2015

Не жалея…

Когда корыстность и вражда

Нам преподносятся как благо,

Скажи, какая же нужда

Под глупый спор марать бумагу?

Все были сказаны давно

Слова от сердца, дорогие.

Ведь тот, кому не всё равно,

Сейчас молчит. Орут – другие.

***

Как будто чувствуя чужой

Себя – всему, что раньше грело,

Я прячу, как под паранджой,

Свой дух, а не лицо и тело.

Пусть кто-то скажет – будь смелей,

Но я прощанью знаю цену.

Беспечной вольности моей

Тяжеловес идёт на смену.

Он не умеет так парить,

Не знает трепетности чувства,

Но может ладно мастерить

Своё подобие искусства,

В своей ничтожности – не груб,

Но и не нежен – мёртвый словно.

Под залпы пушек, рёвы труб

Смолкает колокольчик скромный.

Жаль, отличают лишь потом

Природный звук – от складной фальши.

Вся наша разница лишь в том,

Что я умру – гораздо раньше.

Зерно измелется в муку,

А горечь – в соль. И в этом сила.

Сколь многим на своём веку

Я уступила и простила.