Игра по-крупному

Мы вернулись домой…

– А почему телефон не отвечал и дверь не открывали?

– Дело в том, что в квартире оставалась спать дочка, и мы перед уходом отключили телефон и звонок, а когда вернулись, то забыли включить… – Сколько вы выпили накануне?

– Две-три рюмки коньяка, точно не помню. Я вообще мало пью.

– Не помните, сколько выпили, но помните, что сидели на заднем сиденье?

– Да, это я точно помню. Там лежал мой портфель с документами, и я сел поближе к нему. Могу я, кстати, получить его?..

Мохова отпустили, взяв подписку о невыезде, и Фирсов видел в окно, как он садится в черную "Волгу" Мохова-старшего – журналиста и публициста.

– Как бы то ни было, отвечать придется вам, – сказал следователь Фирсову. – Вы сидели за рулем автомобиля…

– И что теперь будет?

– Многое зависит от тяжести увечий, полученных пострадавшей Еникеевой. Арестовывать я вас не собираюсь, подождем, что скажет медицина…

Мохов не позвонил ни в этот день, ни на следующий, а в понедельник, когда они встретились на кафедре, отвел глаза: "На фига ты меня повез? Оставил бы у себя ночевать, и дело с концом.

Вот оно и получилось…"

– А что ты сказал следователю?

– А что я мог сказать, если спал?.. – Он торопливо закурил и взглянул на часы. – Претензий по машине у меня к тебе не будет, сам выправлю… Эта Еникеева, кстати, была поддатая, так что, может, все еще обойдется… Извини, меня шеф вызывает…

– А то, что ты руль у меня вырывал? – Игорь уже все понял, но еще на что-то надеялся.

И почему-то стыдно было за друга.

– Ну, старик, ты сейчас на меня всех собак повесишь… Благо, что я был поддатый… – Славик ушел, считая неприятный разговор оконченным.

И Фаина не звонила больше Насте; и Настя не звонила Фаине. "У меня нет слов, – качала Настя головой. – Просто нет слов. Как же так можно…"

Тесть нашел адвоката – Якова Ефимовича, большого специалиста по дорожно-транспортным происшествиям, и Фирсов пару раз встречался с ним. "С делом я смогу ознакомиться только после завершения следствия, – торопливо, словно собирался куда-то убегать, говорил он.

 – Пока собирайте характеристики и попробуйте прощупать подход к пострадавшей, – может, она признает свою неосторожность. Но я вам ничего не говорил, и вы у меня не были…"

У Еникеевой оказалась трещина левой берцовой кости и ушиб мягких тканей. Фирсов ходил к ней чуть ли не каждый день – разбитная девица с хвостиком игриво улыбалась ему с койки у окна.