Игра по-крупному

 – В принципе, так оно и было.

– Так, да не совсем так.

– А почему нам не доказать, как все это было на самом деле?

Яков Ефимович вздохнул и протер очки мятым платком.

– А кто сказал, что мы не будем бороться? Я вам такое говорил? Не говорил… – Он высморкался и убрал платок в карман. – Нельзя, молодой человек, ставить диагноз, не видя больного. Лучше переговорите пока с вашим приятелем – у него, как я понимаю, положение тоже не ахти какое. Если мы докажем, что он сидел на переднем сиденье и был в доску пьян, то кто поверит его показаниям?

– Его тоже могут посадить?

– А почему нет?.

.

Славик выслушал Фирсова угрюмо, но не перебивая. Фирсов знал, что по институту ходили слухи, будто он не захотел оставить у себя выпившего Славика, повез его к жене домой, не справился с управлением, сбил женщину, покалечил машину и теперь пытается представить Славика виновником всех своих бед. Откуда пошли такие слухи, можно было только догадываться. Последнее время Фирсов и Мохов ходили в столовую порознь.

– Старик, у меня нет таких денег… – Они стояли на лестнице лабораторного корпуса, мимо ходили люди, и Славик говорил чуть громче, чем хотелось бы Игорю. – Ты же знаешь, я еще за машину не рассчитался. Теперь ремонт предстоит… – Он пожал плечами. – Не знаю, чем тебе помочь…

– А себе помочь не хочешь? Смотри, потом будет поздно…

– Не надо брать меня на испуг…

– Значит, "нет"?

– Опять двадцать пять, – устало сказал Славик.

 – Ну ты даешь…

– Хорошо, Славик, спасибо тебе за все. – Он протянул руку, и Мохов машинально пожал ее. – Ты настоящий друг. Спасибо. Всего доброго!.. – И стал не спеша подниматься по лестнице, не видя и не слыша спускающихся ему навстречу людей.

Потом выписалась из больницы Еникеева, следствие закончилось, и Яков Ефимович, который, поплевывая на пальцы, пролистал все страницы дела и выписал в блокнотик каверзные места, озабоченно поцыкал зубом: "Да, второй фигурант – не промах.

На листе восьмом свидетельские показания некоего Петрова, который видел из окна своей квартиры момент происшествия и утверждает, что мужчина в темной куртке выскочил из машины через заднюю дверцу и побежал к телефону-автомату. А на десятом листе показания соседки Мохова по лестнице, с которой он поднимался в лифте и которая утверждает, что Мохов, как ей показалось, был абсолютно трезв, но взволнован.