Ты меня достал, Белокопытов

Ты ошибаешься, я самая обыкновенная.

НИКОЛАЙ. Мальчишки в школе писали тебе записочки?

НИНА. Нет, никогда, ни одной.

НИКОЛАЙ. Не может быть! Но мне это знакомо. Я за год службы в армии не получил ни одного письма. Получали все, кроме меня.

НИНА. А я бы писала тебе каждый день.

НИКОЛАЙ. Нина, ты – золото. Как же я завидую твоему суженому.

НИНА. А я твоей суженой.

НИКОЛАЙ. Правда? Моей суженой? (вдруг хватается за голову, раскачивается от боли).

НИНА. Что с тобой?

НИКОЛАЙ. Сейчас пройдёт.

НИНА. Тебе надо прилечь.

НИКОЛАЙ. Да, пожалуй (ложится на диван). Помогает лёд.

НИНА. Да, я сейчас, я мигом (убегает, возвращается с полотенцем в руках, прикладывает его ко лбу Николая).

НИКОЛАЙ. Благодарю.

НИНА. Это всё от водки, она виновата.

НИКОЛАЙ. Нет, водка ни при чём…Нина, сколько хлопот я тебе доставляю. Ты, наверное, домой торопишься.

НИНА. Нет-нет, с чего ты взял? Тебе получше?

НИКОЛАЙ. Да, уходит боль.

НИНА. Есть у нас один врач-терапевт, живёт на соседней улице.

НИКОЛАЙ. Нина, только не сегодня.

НИНА. Почему?

НИКОЛАЙ. Всё-таки день памяти Володи. И день нашей с тобой встречи. За окном – свирепая метель. Ты – рядом, правильная девушка из Назарьева. Я об этом мог только мечтать.

НИНА. А чёрные мысли? Их больше не будет? (поднимается).

НИКОЛАЙ. Не уходи.

НИНА. Напугался? (трогает печку). Остывает наша батарейка. Надо подбросить топлива.

НИКОЛАЙ. Да, очень.

НИНА. И мне. Я его обожаю (бросает дрова в печку).

НИКОЛАЙ (берёт в руки гитару, начинает играть). Нина, это тебе посвящается.

Мелодия очень грустна и пронзительна.

НИНА (кружится в медленном танце). Мне ещё никто, никогда, ничего не посвящал.

НИКОЛАЙ. Я исправлю эту ошибку…

НИНА. Ты останешься здесь? Останешься?

Коля будто не слышит слов девушки, продолжает вдохновенно играть на гитаре.

2.

(монолог риэлтора)

действующие лица:

Гоша Бакутский

ГОША. Самое невероятное, что в этот знойный, июльский день у меня впервые в жизни за спиной появились короткие, крепкие крылышки. Я семенил в плетенках по асфальту, как древнегреческий икар по взлетной полосе, я готов был взмыть в воздух. Жара не утомляла и была желанной, а рассеянная улыбка прописалась на моём лице. «Таня приехала, Таня приехала»,– слышалось мне отовсюду.