Ты меня достал, Белокопытов

Она потом излишне театрально ворковала по мобильнику, твердя:

– Антоний, не грусти. Я скоро обернусь. Закончу все свои дела и первым же поездом примчусь к тебе, в Медведково. Как наше гнёздышко? Ты пылесосишь каждый день наш персидский ковёр? Прекрасно. Как дела в посольстве? Ну, крутись, крутись. Нет, самолёта я боюсь. Я сейчас сижу в кафе с подружкой. Мы с ней учились в одном классе. Её Анжеликой зовут. Мы жуём бананы, мы совсем не пьём. Что за ревность, Тоша? Я верна тебе как Пенелопа. Я перезвоню попозже, – подвела черту она.

Я прыснул от смеха:

– Гоша -Тоша. Рифмуется.

Таня взорвалась и выдохнула:

– У меня начинает уже болеть затылок от твоего юмора, от тебя. Это Москва была на проводе, Бакутский. Ты понимаешь? Москва! Ревнуешь тоже? Все ревнуют, не дают дышать.

Обдав меня насмешливым, прелестным взором, Таня закурила. Я не знал, что делать с возникшей зловещей паузой. Я понял, что нам вообще больше не о чем разговаривать. Всё, что когда-то было между нами, похожее на светлое, искреннее чувство, растаяло без следа.

– Таня, мне кажется, тебе нужен другой риэлтор. Москва украла твоё сердце.

– Оставь меня в покое, а? – огрызнулась она в ответ и лицо её исказилось в нервной гримасе. – Я хочу остаться одна. Мужчина должен быть удачлив, понимаешь? По определению.

По-видимому, эти слова её очень задели. Мне даже показалось, что ещё мгновение и бутылка «Киндзмараули» обрушиться на мою голову. Но она сдержалась и произнесла, сжав губы:

– Для меня теперь мужчина без бобла – фук, манекен.

«Что за бандитский жаргон? Понахваталась в столице. Вот и всё. Татьянин день какой-то». В одно мгновение для меня рухнул целый мир. Из «Юты» я бежал по раскаленной набережной, как по руинам своей безответной любви. Теперь не оглянуться бы, выстоять, вычеркнуть из сердца строчки…

Милая Таня,

Солнце, кружись!

Если расстанемся –

Кончится жизнь.

3.

(трагикомедия в пяти картинах)

действующие лица:

Белокопытов.

Ольга

Загзин

Картина первая

Летняя ночь. Один из причалов речного вокзала. Теплоход «Анна Герман». Из музыкального салона теплохода доносятся то приближающиеся, то удаляющиеся звуки саксофона. На палубе появляются Загзин и Белокопытов. Загзин одной рукой опирается на Белокопытова, в другой несёт букет цветов.

ЗАГЗИН (заплетающимся языком).