Там, на Угрюм-реке

Прошли немного – вроде нормально, на ходу не холодно, повеселели. Хуже стало к обеду: ветерок очистил небо, появились синие просветы, а потом и солнышко, но лучше бы оно не появлялось – снег на ветках деревьев начал подтаивать, и эта снежная каша посыпалась на наши головы. Очень быстро мы промокли до нитки и замёрзли, как цуцики, зуб на зуб не попадает. Остановились, развели костёр, накидали в него брёвен (с дровами проблем нет), костёр разгорелся – на три метра не подойти. От всех валит пар, тепло проникает сквозь мокрую одежду – приятно.

Пока грелись – перекусили, доели последние две банки тушёнки, заварили чая покрепче – стало совсем хорошо. И двинулись дальше.

Остаток этого перехода вспоминается как кошмарный сон. Под снежной кашей мы очень скоро опять замёрзли. Как только не пытались согреться: и махали руками, и хлопали себя по плечам, и пытались бежать, падали, поднимались и опять бежали – всё бесполезно. Еле живые, полутрупами, но всё-таки дошли до подбазы. Она открылась нам на высоком противоположном берегу Непы – рубленый дом и костёр на поляне перед ним.

Кладовщик, увидев нас, подбежал к берегу и показал, где брод, и мы, как шли, вступили в воду – мокрее быть уже некуда. Вода доходила по грудь, но течение слабое, перешли легко. Потом мы грелись у костра, Николай-кладовщик дал нам сухих вещей, все отогрелись и повеселели, будто ничего не было. И, надо отметить, никто после этой ледяной ванны не заболел: ни чихнул, ни кашлянул. Я решил – это потому, что в тайге нету болезнетворных микробов, здесь всё абсолютно стерильно.

– 14 —

На подбазе мы пробыли два дня – немного отдохнули и затарились продуктами, получили телогрейки и жестяную печку в палатку – с каждым днём становится всё холоднее, всё-таки север. 9 сентября, после обеда, мы вышли с подбазы, переход небольшой, и через два часа были уже на месте. Остановились на высоком берегу речки Сухукон, место отличное, никогда так хорошо не стояли: светлый сосновый лес, ягельные поляны, сухо и светло.

Снег весь растаял, будто и не было, опять золотая осень.

Вечером после ужина, как обычно, посидели, покурили у костра, и все завалились спать. Я тоже залез в спальник, но что-то долго не спалось, лежал, мысли всякие в голову лезли. Вдруг слышу на улице чьи-то шаги: хрум-хрум, хрум-хрум. Вот же чёрт, медведь пожаловал, ну кто ещё может ночью ходить. Лежу, думаю – может послышалось, но нет, ходит, и, кажется, даже всё ближе и ближе: хрум-хрум, хрум-хрум.