Псы Америки. Изольда

– Какой же строй будет у общества на Земле – капиталистический, социалистический, империалистический, коммунистический или первобытно-общинный?

– Кому какой люб. Главное – не будет на планете опостылевшего всем гегемона.

– А для России какой лучше строй – как вы считаете?

– Тот, которым вы идете.

– А вот философы от политики утверждают – все пойдут одним путем: ничего не удастся изобрести другого, кроме парламентской демократии и рыночной экономики. Всех, кто против, ждет революция.

– Посмотрим-посмотрим… Китай и Путин доказывают обратное.

– Когда по миру колесить надоест, вы, наверное, осядете в родовом замке и начнете писать мемуары.

– Вы угадали.

– Любите литературу?

– Так я же журналистка – двоюродная сестра писателя. А вы, водитель?

– Литературу люблю, писателей нет.

– Почему?

– Любил Астафьева за красивый, чистый, простой язык. Читал в книгах. А однажды нашел сайт, посвященный ему и набросился, как на манну небесную. Только вот беда – рассказы один за другим повторяются.

Что за придурок сайт создавал? А потом присмотрелся – мама родная! – годы написания указаны разные. Стал разбираться и разобрался. Хороший писатель Виктор Астафьев и пишет красивым языком, но душонка – от пресмыкающегося. Умер Сталин, он всю свою прежнюю прозу под Хрущева переписал. Потом под Брежнева. Под Горбачева. Время Ельцина настало и распада СССР. В 90-х годах Астафьев написал свой последний роман о войне «Убиты и прокляты» в угоду «новым русским». А ведь сам фронтовик. Как так можно!

Саня глухо выругался.

– И ещё с ним был такой случай. Ельцин избирался в президенты России вторично. Пиарщики к Астафьеву, который уже на пенсии: «Виктор Петрович, снимитесь, пожалуйста, с президентом под елью. Ему будет приятно». Астафьев снялся. Ребята к Солженицыну с той же просьбой. А Александр Исаевич им отвечает: «Не знаю, что даст это Ельцину, мне – ничего». Эпизод просочился в прессу. Дошел до Астафьева. Тот Солженицыну пишет: «Если бы знал ваш ответ, так же ответил».

Вот гнида позорная! Как можно таких уважать?

– А пишет прекрасно?

– Где-то читал – рассказ его «Царь-рыба» попал в книгу рекордов Гиннеса, как произведение, переведенное на все языки мира.

– Ну уж, на все…

– На все, что имеют письменность. А может, враньё. Астафьев заставил меня ненавидеть писателей. И презирать…

– А литературу любите? Ну, и слава Богу1 Любите её, Александр, она ведь ни в чем не виновата.