Брачные игры драконов. Часть 3

Заметят ли они? Или теперь, когда проклятие практически снято, им уже не до меня?

Одна часть меня понимала, что если расскажу своим драконам правду, это все равно меня не спасет, лишь добавит лишней боли тем, кого я любила. А другая эгоистично хотела поделиться, выплеснуть свою боль и разделить с кем-то мои последние мгновения.

Но если они узнают, отпустят ли меня туда, где я всю свою жизнь мечтала оказаться? Тайно покинув храм, я могла свободно осуществить свою мечту и отправиться на побережье, где от палящего солнца спасала огромная статуя Богини-Матери, а вода в море была такой чистой и прозрачной, что у берега кружили стайки мелких рыб.

– Селина, – кто-то мягко обхватил меня за плечи, заставляя остановиться. – Что произошло?

Я подняла голову, но лицо Ноа расплывалось. Прежде, чем я догадалась, в чем причина, он бережно смахнул слезы с моих щек. Самые синие на свете глаза были полны тревоги.

– Ноа, – мой голос прозвучал откровенно жалобно. – Архонт меня уволил.

– И это тебя так расстроило? – он усмехнулся и бережно прижал меня к себе. – Если хочешь, оставайся в храме столько, сколько пожелаешь, я поговорю с Джеферсоном.

От его успокаивающего, бархатистого голоса по моему телу прошла волна знакомого тепла. Как давно я не была в его объятиях? Не чувствовала его руки на своей талии…

– Ты не понимаешь, – мотнула головой я. – Меня обвиняют…

– Идем, – тон дракона не предполагал возражения. – Ты успокоишься, и мы спокойно поговорим.

– Хорошо, – я потерлась носом о его рубашку, с наслаждением втянув в себя знакомый запах. – Идем.

По дороге я искоса поглядывала на ледяного дракона. За то время, что мы провели не вместе, он ничуть не изменился. Все те же точеные черты, высокие скулы, волевой подбородок и ультрамариновые глаза. Почему он внезапно изменил свое отношение? При первой встрече в храме Ноа был холоден и презрителен, при последующих – пытался меня уколоть или снова заставить быть его послушной игрушкой.

Мне отчаянно хотелось остановиться и сразу выяснить условия сделки, но я почему-то так и не решилась задать интересующие меня вопросы сосредоточенному, хмурому дракону. Внезапно проснувшаяся совесть настойчиво требовала вообще отказаться от помощи.