Морской солдат

Грозно прищурив и без того маленькие глаза, упершись руками с раздвинутыми локтями в бока, здоровяк нарочно встал на пути движущейся колоны вновь прибывших. Рекруты, озираясь по сторонам, двигались сумбурно, толкаясь, наступая друг другу на пятки. Кто-то из них случайно задел плечом выставленный локоть Пташева.

– Эй, ты, недоросль, стоять! – сурово окликнул солдат рекрута. Тот попытался обернуться, но получил удар ногой в спину. Рекрут упал. Подняв голову и бросив исподлобья запоминающий взгляд на обидчика, юноша (им оказался Авдей Горбушкин.

) молча проглотил слюну, встал и с оглядкой двинулся дальше.

– Небось, прям от мамкиной титьки оторвали, – щурясь, шутил Акимыч, старый полковой хохмач. – Глянь-ка, братцы, молоко-то на губах молодецких по сию пору не высохло.

Рекрутам ничего более не оставалось, как терпеть словесные издевательские нападки.

Неожиданно в поле зрения бывалых солдат пехоты попали следовавшие за рекрутами матросы.

Лица их были серьезны, обветрены. Они спокойно, без суеты двигались друг за другом, невозмутимо оглядываясь по сторонам, оценивая обстановку.

– О!.. Никак флотские пожаловали, – сказал кто-то из толбухинцев.

Метнув недовольный взгляд, капрал Глотов вдруг нахмурил брови:

– А энтих кто сюды звал?

– Хм… Их тоже к нам? – пробасил Гордей Тарасюк, который был самым крупным из толбухинцев. Даже самый большой размер армейского мундира ему был явно тесноват.

– Чай, флотские-то… погреться заглянули. А может, их еще и чаркой вина угостить да девку пышную сладить? – продолжал шутить Калидко.

– С молодняком мы погутарим опосля, а вот к флотским интерес имеется особый. – Белокурый капрал злобно прищурился.

Матросы стали располагаться в левой части барака. К ним присоседились рекруты.

– Эй, флотские! Корабли-то свои где посеяли? Али шведы отняли? – скалясь широким ртом, крикнул Тарасюк.

– Они, чай, их на мель посадили, – шутил Баймаков. – Небось, там их и покидали.

– А может вас как дерьмо волна на сушу вынесла? – подначивал Пташев.

– Эй, ребятки, а вам на воде-то легше до того, как справите нужду, али после? – не мог не пошутить Акимыч.

Солдаты, забавляясь, наперебой выкрикивали в адрес матросов дурные шутки и неприятные слова. Матросы сдержанно молчали, не вступая в словесную перепалку.