Темное пламя страсти

Я шла вслед за ним по длинному узкому коридору, освещенному фосфоресцирующей плесенью, и от запаха затхлости свербило в носу. Судя по уклону, мы спускались под землю, и чем дальше, тем сильнее колотилось мое сердце.

– Не могу не думать о них, – пробормотала я. – Сайлас их не пощадит.

– Сайлас отправит их на энтериумовый рудник, – как ни в чем не бывало признался король. – Какое-то время они еще проживут.

И он так спокойно об этом говорит?

Да лучше бы их сразу казнили.

– Не волнуйся, – Киллиан повернулся ко мне.

Он не потрудился одеться как следует, лишь накинул на себя халат и небрежно подвязал его кушаком, и я могла видеть часть его бледной, рельефной груди. – Мы вернем их до того, как случится непоправимое. Мой козырь слишком значителен, и Сайласу придется согласиться на мои условия.

Заинтригованная, дальше я шла гораздо быстрее, и все равно едва поспевала за размашистым шагом короля. Он почти сиял от самодовольства, и было видно, как ему не терпелось показать мне свою сюрприз. Все внутри меня сжималось от дурного предчувствия, сердце колотилось где-то в горле, но я изо всех сил старалась держать эмоции под контролем.

Если Киллиан сказал, что мне понравится, значит, скорее всего, так оно и будет. В этом плане он знал меня достаточно хорошо.

Как я и предполагала, мы оказались в подземелье. Каменный коридор сменился широким проходом, в стенах которого сверкали крупицы того самого энтериума – минерала, что гасил любую магию. Свечение вокруг короля пропало, и весь он как будто выцвел, но все равно не утратил своей привлекательности.

– Почти пришли, – звук наших шагов гулким эхом разносился по помещению. Я никогда не была в королевской тюрьме, но безошибочно знала, что это именно она. Не было слышно ни криков заключенных, ни тихих разговоров стражи, как будто кроме нас здесь никого не было. Но я точно знала, что это не так. Кожа покрылась мурашками, а волосы на затылке приподнялись, когда магия вновь наполнила мои внутренние каналы. Воздух вокруг едва не трещал от напряжения, а ликование короля достигло своего предела, когда он остановился перед одной из камер.

– Вот, – он указал рукой на пленника, что был прикован массивными цепями у дальней стены. – И не говори, что тебе не нравится.

В полумраке, царившем за решеткой, были плохо видны черты, но я четко рассмотрела полностью обнаженное, идеально вылепленное тело, на котором знала наизусть каждую родинку. При нашем появлении пленник рванулся в своих оковах и зарычал.