Дорога к Богу

А сейчас, к великому сожалению, я думаю, что большая часть таких людей к любой власти примажется. И не только певцы, но и шуты во все времена любую власть развлекали, даже Гитлера в войну, за что и были у них в почёте, а власть по-барски прощала им их мелкие шалости.

– А может это мы, психиатры виноваты в том, что так произошло? – спросил Алексей.

– А вы-то тут при чём? – спросил я.

– Да выпустили их из психиатрических больниц на свободу раньше времени, а их нужно было держать в таких больницах вечно.

– А мою жену тем более нужно было держать в психиатрической больнице, вот она-то уж точно ждала свой час и дождалась его, гадина, – со злостью сказал Алексей.

 – Джек как-то говорил, что наступит такое время, когда люди будут как волки, ненавидеть друг друга. Правда, вот эти волки, – и Алексей показал рукой на лежащих вокруг машины волков, – меньше грызутся между собой, чем люди, хотя и гон у них сейчас.

– Нет, Алексей, это не вы виноваты, ты сам сказал, что мы находимся на нулевом уровне развития, вот потому-то и живём по волчьим законам, – сказал я.

– Вот поэтому из-за той истории и не сложилась моя семейная жизнь, а может, это и к лучшему, что детей у нас не было, – сказал Алексей. – И, как в народе говорят всё, что ни делается, всё делается к лучшему, а может это правда, – и он вопросительно посмотрел на меня.

– Не знаю, – сказал я, – может, это и так.

– Это она не захотела детей заводить, всё карьеру себе делала.

Алексей отвернулся к окну, и мы снова надолго замолчали.

Все боковые стёкла, кроме лобового стекла, так сильно обмёрзли, что через них ничего не было видно. Но через оттаявшее от примуса лобовое стекло я вдруг увидел, как волки заметались по дороге, а затем полезли на снежный бордюр на обе стороны дороги, но от дороги они не ушли, а так и остались сидеть на снежном бордюре.

– Странно, что это с ними случилось? – спросил Алексей и, прислушиваясь к доносящимся с дороги звукам, закрутил головой во все стороны.

И вдруг я увидел, что сзади нас из-за поворота дороги показался сначала свет фар, а затем и сама машина.

Я открыл свою дверцу и посмотрел назад. И приглядевшись через туман, который разрезал жёлтый свет фар, я увидел, что к нам подъезжает УАЗ-фургон, тот, который в народе называют «таблетка» ну, или «буханка». Уазик припарковался с правой стороны «Нивы». Дверь со стороны Алексея открылась, и в салон машины заглянул парень лет 30.

– Ну что мужики? Замёрзли тут без меня? – спросил он.