Дорога к Богу

Затем, немного помолчав, он сказал:

– Мы хотим, чтобы ты полетел с нами.

– Куда и зачем? – спросил растерянно я.

После всего увиденного я был в шоке и ещё не мог прийти в себя.

– Ну, куда, ты узнаешь чуть позже, а вот зачем, ты узнаешь прямо сейчас, – сказал правый.

– Мы хотим извлечь из твоей головы имплантат, – добавил он.

Я мысленно представил себе, что они что-то извлекают из моей головы, я даже не знал, что это такое. И меня вдруг бросило в жар. А тот, что стоял слева от меня, улыбнулся и сказал:

– Не бойся, это не больно.

– И когда вы успели его туда поставить? – спросил я.

– В детстве, в восьмилетнем возрасте, ты тогда жил в Восточном Казахстане, – не то вопросительно, не то утвердительно сказал левый.

– Да, – сказал я, – жил там когда-то, но это было давно.

– А мы знаем, когда ты там жил, – сказал правый.

Я растерялся ещё сильнее и не знал, что ответить ему на это.

– А сейчас ты должен вспомнить лето 1959 года, – это как раз то время, когда ты жил в Восточном Казахстане, – продолжил правый.

Я попытался что-то вспомнить про этот период времени, но я даже не знал, что мне нужно вспомнить, а в голове в это время была только чернота.

– Понятно, – сказал левый, – он так ничего не вспомнит, потому что у него вместо этого события чёрное пятно.

И в этот момент правый шагнул ко мне, и в его правой руке появилась маленькая трубка, которая телескопически выдвинулась до 50 сантиметров в длину.

Он дотронулся до моей правой руки этой трубкой, и я почувствовал, что сначала по руке, а затем уже и по всему моему телу пробежало тепло.

– А вот теперь вспоминай, – сказал он. – Ты со своим старшим братом идёшь по полю, а над вами летит оранжевый шар.

– Вспомнил? – спросил он и посмотрел при этом вопросительно на меня.

И вдруг в моей голове как на экране появилась цветная картинка, на которой мы с братом Васей идём по полю, задрав головы вверх, а по небу над нами летит оранжевый шар, около метра в диаметре.

Брат поднимает самодельный лук вверх и стреляет стрелой из лука в направлении шара. И все, что я после этого помню, так это вспышку в глазах и то, что мы оба веером падаем на землю, и я в этот момент теряю сознание. Мне тогда было восемь лет. Все это было показано мне как бы со стороны, как будто кто-то снимал нас на кинокамеру, только в цветном изображении и даже со звуком.