Дорога к Богу

И в этот момент в голове раздался тот же голос:

– Это с непривычки у тебя болит голова, потому что здесь низкая частота и слабое магнитное поле, поэтому, чтобы уснуть, ты должен закрыть любым пальцем оранжевый глазок, и только после этого головные боли прекратятся, и ты быстро уснёшь.

«Они что, следят за мной?» – подумал я.

Я закрыл глаза и, нашарив пальцем оранжевый глазок, закрыл его пальцем и сразу провалился в темноту. Но проснулся я от ощущения, что на меня кто-то смотрит. Я повернул голову в сторону прохода и увидел, что напротив меня на такой же полке сидит человек, но не наблюдатель, а человек внешне похожий на землянина.

Волосы на его голове были темные и коротко подстриженные, да и лицо было земное.

– Привет, русский, – сказал он на чисто русском языке и улыбнулся. – Ты занял мою полку, обычно я сплю на этой полке с правой стороны.

– Но я же не знал, что ты спишь на этой полке, – сказал растерянно я.

Спросонья, я никак не мог сообразить, кто он такой и как вести себя с ним.

Но это был не наблюдатель – это уж точно, и я немного успокоился.

– Да ладно, не переживай, какая разница на какой полке спать, просто я привык всегда спать с правой стороны, а сегодня я никак не мог уснуть, видимо, сказывается привычка спать на одном и том же месте.

Я ошарашенно смотрел на него не в силах сообразить кто же он такой.

– А ты кто такой?

– На наблюдателя ты не похож? – спросил я.

Он засмеялся.

– Когда-то ещё до войны был американцем, а сейчас даже не знаю, кто я по национальности, у них на станции нет национальностей, у наблюдателей даже нет такого понятия, что такое национальность.

Только мы земляне, на нашем уровне развития ещё делимся по национальностям.

На вид ему можно было дать лет 25—27 от силы.

– А как ты сюда попал? – спросил я.

Он надолго задумался.

– Это произошло со мной ещё в 45-м году в войну, – наконец сказал он. – Я тогда летал на четырёх моторном бомбардировщике, и в апреле 1945 года мы летали бомбить Германию.

Я в войну был пилотом, поэтому мне приходилось летать на разных самолётах и даже на бомбардировщиках. Так вот, – продолжил он, – отбомбившись по Берлину, мы возвращались на базу, которая находилась за Ла-Маншем. Я немного отстал от своей пятёрки, потому что в правый мотор попал осколок, поэтому мотор плохо тянул, он немного дымил, но на наше счастье ещё не горел.