Беккер

Вспоминаю, и даже как-то становится жалко себя. Вероятно, я слишком креативна для этого мира.

Мне стоило заподозрить неладное на том этапе, когда из одной раковины кипяток полился уж очень сильным потоком, забрызгивая стены и даже слегка потолок. Я слишком сильно выкрутила ручку или вроде того… помню, она как-то странно скрипела.

Как человек, не любящий всякие неприятности, я долго делала вид, что всё в порядке, лениво зевала… Успокаивала саму себя. И всё же меня сильно смущали две вещи: что штаны неплотно перекрывали щель, и пар шёл в коридор, а ещё особо сильно брызгающая раковина как-то странно гудела.

Да и рубашка, аккуратно развешенная на стене туалета, никак разглаживаться не хотела! Как назло.

Когда я решила, наконец, прекратить всё это безумие… Одна из раковин со мной не согласилась и даже слегка брызнула на меня кипятком. На моём бледном животе мигом проступили алые пятна. Я даже покорчилась.

Натянув штаны, мокрая, с вновь размазанной тушью, я принялась давить на ручку, чтобы вырубить этот адский поток.

Волосы, ну хотя бы не пушистые, облепили всё лицо. Руки были предусмотрительно обмотаны проспиртованным пиджаком охранника, чтобы не получить ожоги. Пригодился, спасибо!

Обессиленная, я опустилась на мокрой кафель. Только выключив воду, я осознала, что туалет превратился в паровую сауну, не иначе. Даже дышать было тяжело. И всё промокло, даже мой лифчик.

А ещё передо мной вырисовались чьи-то ноги. Очень красивые ботинки.

Коричневая кожа, такие чистые. Аккуратная обувь это так сексуально. Тёмно-зелёные брюки. Стильный ремень. Так, это явно не наш охранник поднялся за своим пиджаком…

Поднимаю глаза.

  Всегда сложно передать, как выглядишь со стороны. Думаю, имеет смысл попытаться описать это, опираясь на то, как я себя ощущала. Мне было жарко и мокро. Я тяжело дышала, а тёмные пряди застилали глаза. Рот, как мне ни прискорбно это вспоминать, был немного в слюнях… так эмоционально и ярко прошла борьба с раковиной.

Лифчик плотно пережимал грудь, стеснял дыхание. Мне вечно некогда покупать новое бельё, так что ношу то, которое мне уже давно мало! Я смотрела снизу вверх устало, вымученно, растерянно. Как юная алкоголичка, которую нашла с бутылкой мама, как ребёнок, не успевший отнести выпрыгнувшую рыбку в аквариум, как утка, обнаружившая, что все её утята провалились в канализацию… В общем, в таком примерно виде я и предстала перед Беккером.