Отшельник. Рассказы

Уже все передумал, что мог. Почти все книги перечитал, которые привез. Что дальше? На Ухтама поглядывает, а видит своего сына. Прав Умид-ака – соскучился он. И вдруг осознал, что он уже свободен. Он поступил так, как хотел. Совершил такой шаг в жизни, на который не каждый способен. А он сделал его! Но жить одному не интересно. Даже поделиться не с кем восторгом от красоты заката, или наблюдениями о черепахе, которая готовится к спячке. Человеку необходимо общение! И уважение! А как почувствовать себя уважаемым? Только с людьми! Помог он советом – и люди уважают его за это.

И ему приятно. А то ведь думали о нем, кто что хотел. А теперь он уедет отсюда уважаемым человеком, а не странным – человеком, который сам не знает, чего хочет, как многие подумали, наверное, и так и запомнили бы его как человека, который с жиру бесится.

– Соскучился! – Сабир Каримович улыбнулся пастуху. – Вам спасибо! Многому меня научили.

Умид-ака довольно крякнул. Хороший человек! Достоин уважения! Ни на что не посмотрел – ни на молву, ни на заработки – решил понять, что есть его жизнь, и все сделал, чтобы в ней разобраться.

Хорошо, что так. Хорошо, когда человек задумывается о своей жизни, ищет ее смысл.

– Домой поедешь?

Сабир Каримович не решил еще. Что-то держало его здесь. Видимо, не все еще обдумал.

– Погожу пока. Вернусь в пустыню. Позволь у тебя в доме пожить. А то я уже страху натерпелся в своей палатке! То шакал придет, то пауки заползут.

Они рассмеялись. Да, брат, жизнь в пустыне – это не просто! А одному и подавно!

Окончание чилли Сабир Каримович почувствовал с самого утра.

Он даже не сомневался, что этот день – и есть день поворота от лета к осени: всегда горячий, в этот день подул свежий ветер. Облака поплыли над пустыней, разукрасив ее тенями, похожими на огромные плюхи. Но не хватало влаги. Ветер срывал с барханов песок, поднимал пыль воронками и развлекался, катая туда-сюда сухие кусты перекати-поля.

Сабир Каримович никуда не пошел. Только вышел умыться, и то глаза засыпало песком.

Лучше в доме пересидеть. Книжку дочитать. И как хорошо, что перебрался в дом Умид-ака! Сидел бы в своей палатке, переживал, как бы не занесло песком, как бы с места не сорвало…

Но чтение не шло. Сабир Каримович ловил себя на том, что не помнит, о чем только что прочитал, листает страницы, а думает о своем. Вспомнил старых друзей, к кому обратиться за помощью с работой. Подумал о доме, как там жена, справляется? Виноград уже созрел, как бы птицы не поклевали.