Призма времени

– А в чём тогда дело? Что-то это не очень похоже на слёзы радости.

– Мила подсела на тяжёлые наркотики. А нашли её за тысячу километров от дома, – она снова стала захлёбываться в слезах.

Я крепко обнял маму.

– Мы поедем за ней. Я с ней поговорю, и мы заберём её домой. Отведём к лучшим врачам и вылечим зависимость. Мама, главное – это надежда.

Мама стала читать молитву вслух, а я тихо встал и ушёл.

Только я устроился на диване в гостиной, зазвонил мой мобильник. Отец. Я с пренебрежением глянул на телефон и бросил:

– Раньше мне нужно было звонить.

Ко мне подбежала мама, уже одетая, и, запыхаясь, протараторила:

– Поехали! Я купила билеты на самолет!

Спустя пару часов волнительного перелёта мы приземлились. Городишка был маленьким, серым и ничуть не похожим на наш любимый город. Мама поймала такси, и мы направились в полицейский участок.

Мужчина с чёрными, как бездна, волосами и в полицейской форме внимательно всматривался в мамины черты лица и рассказывал ей о том, как он встретил Милу:

– Всё произошло моментально.

Я стоял в очереди на заправке, а ваша дочь стала громко ругаться с каким-то молодым человеком. Я не мог не вмешаться, поэтому подошел и спросил, в чём дело. Мила толкнула парня в плечо, выбежала, прыгнула на железного коня и уехала. Я не сразу вспомнил, что эта девушка – ваша дочь. Поэтому продолжил стоять в очереди как ни в чём не бывало. Как только сел в машину, жуя хот-дог, я посмотрел на пассажирское сиденье, где лежали несколько ориентировок пропавших людей. Из них выглядывала распечатка Милы.

Мама снова заплакала. Полицейский подал ей стакан воды и продолжил:

– После этого я поехал за парнем, который возился со своим мотоциклом. Он-то и привёл меня к месту их проживания. Скудная пятиэтажка, ржавые качели и треснувший асфальт. Я решил не подниматься, чтобы не спугнуть их. И тут же набрал вам.

Полицейский протянул маме лист с адресом и похлопал её по плечу.

– Терпения вам.

Я сказал серьёзным тоном:

– Давай поедем туда как можно скорее. Я вызову тачку.

Сидя в машине возле этой пятиэтажки, мне пришлось убедить маму, что будет лучше, если я пойду к Миле один. Она с трудом согласилась и осталась внутри.

Подъездная дверь открылась со скрипом. В нос ударила вонь сырости и плесени. Этому дому уже более пятидесяти лет, поэтому я ничуть не удивлён такому запаху.