A true story одной super мамочки

А потом я силком потащила мужа в ближайшую церковь, чтобы он поклялся бросить пить.

Наш брак спас ребенок: на 4—5 месяце беременности малыш стал активно двигаться и реагировать на звук голоса мужа. И тот наконец проникся, потеплел к моему растущему животу, из которого эпизодически толкались маленькие пятки.

Вообще, в этот период именно живот был единственной частью тела, которую я тоже любила. Я искренне завидую женщинам, которые беременеют только животом. В моем случае было все очень печально. Хоть я и не относилась по возрасту к старородящим, беременность для меня проходила дико тяжело.

Если токсикоз меня сильно не мучил, то оттеки буквально раздули все мое тело до жуткой неузнаваемости.

Уже на четвертом месяце я была похожа на слониху: ноги отекли настолько, что пришлось пойти на рынок и купить «бабушкины» сапоги с широким голенищем и широким круглым носом, так как ноги ни во что больше не помещались.

Мне повезло проходить большую часть беременности в холодное время года, так как мой теплообмен был как в мартене.

Зимой я ходила в легкой бесформенной плащ-палатке, потому что огромный лишний вес, облепивший все мое тело, как панцирь, буквально сковывал меня. Лицо превратилось в огромный отекший блин с раздутым носом. Какая там одежда для беременных! Какие наряды!

Я не могла без слез смотреть на свое тело. Только живот – единственное, что меня радовало.

Если бы не негативная атмосфера и реакция мужа и родных, наверное, я бы по-другому относилась к этому важному моменту.

Сейчас я понимаю, что мне нужно было послать всех далеко и надолго и заботиться о себе самой.

Я не стала заморачиваться с медицинским обслуживанием, посчитав, что поскольку не нахожусь в зоне риска, то могу пройти все по бесплатной медицине.

Первой фатальной ошибкой был выбор участкового гинеколога-мужчины. Когда я вставала на учет, можно было прикрепиться и поменять врача. Но я почему-то решила поэкспериментировать и оставить мужчину-гинеколога, надеясь на более трепетное отношение к себе.

А может быть, просто хотела восполнить то, чего не получала от мужа.

Но реальность и тут решила меня не баловать. Доктор не сильно горел работой и занимался больше своей карьерой, эпизодически отсутствуя по причинам участия в каких-то обучениях и сертификациях. Помимо этого он еще решил, что я страдаю паранойей и истерией, и всячески скрывал от меня подробности течения моей беременности.