Тростниковая флейта вечности. Медитативная лирика. Поэзия

Сквозной гобелен… оживает. В три четверти тайны

Играет сквозь ветви смычок на потерянной скрипке.

Мой друг дирижёр-невидимка про звёздные стаи

Поведал мотивом любви переливчато-гибким.

    2001, апрель, 15.

Зачарованный город

Зачарованный город я строю в высотах Вселенной, —

В его тайных пунктирах – приметы нездешнего мира,

Изливается небо, что песня в пробелах пунктира,

И тревожные травы ликуют под ласточкой пленной.

Плен широких красот оказался купелью для птицы

Плавно вьётся, восторгом пленённая, песнью ведома.

Ей легко и просторно. Роса от тумана медова.

Всё листает, листает непройденных полдней страницы.

В зачарованном городе искренна даже пылинка —

Склеротичная выдумка счастья, любви и свободы.

Экзотический принцип её: против всяческой моды

Поперёк вертикали лететь и быть слаще малинки.

Зачарованный город, останься в реальных пределах,

Отдыхай на крыле мотылька пятиглавым собором.

Кто вкусил твоих пряных плодов разбитного простора,

Не забудет вовек то, как в странном восторге горела

У меня за спиной вертикаль естества и предела.

    2001, апрель, 19.

«Равновесие мыслей… Священно текущий поток…»

Посвящение поэту Ярославу Каурову

Равновесие мыслей… Священно текущий поток

Зачинателя эйдоса в новых витках ноосферы…

Цепь событий… магический полукруг

Центра сущностей в лоне божественной меры…

Золотое сечение вечности в свете лица,

Где печатью избранника – тайные неба страницы…

Это всё – шелест крови по венам Отца.

Это всё созидание кружева длится.

И в кружении птиц есть от сфер идиллических весть,

Что и в отсветах лун, и в глазах навсегда растворилась.

В тех глазах – отражённая Божья милость,

Перед ними замрёт подлость хлюстов и барская спесь.

    2001, август, 3.

Всерастворенье

Книги – листва говорящей небесной породы,

Тонкие запахи расцветающих кистей

Влажной сирени и яблони сквозь небосвода

полный кувшин, где щебечут зачатками истин

Белые птицы небесного всерастворения

В зеркале неба, ветрам перелётным раскрытом.

Здесь исчезает гул времени в поле творения,

В центре открытий, где будничное корыто

Вытеснено, и витает мечта о свободе

Лёгкой пылинкой среди мирового затишья,

Тонкой струной, голосами насыщенной, вроде

Вечного голоса эха над гнёздами с крыши.

    2001, май, 13.