О сокровенном и не только… Митя Васильевский

го набралось?

Ничего – лишь в зеркале печальном

На лице застыл немой вопрос…

Век

Прощается век со своими детьми —

Уходит старик неохотно,

У нового времени взял он взаймы

И тянет с собою в болото…

В пучину кровавых и грозных времен

Он тащит свои порожденья,

И вновь подымает на щит пантеон,

Забытый давно в поколеньях…

Но стрелки сошлись на небесных часах,

И все, что отмеряно старцу,

Рассыплется вмиг в ископаемый прах —

За мертвое глупо держаться!

Старинные часы

Когда полсотни лет назад

Проснусь я в солнечных объятьях,

И надо мною пролетят

Мгновенья призрачного счастья,

Часы, утробою скрепя,

Вдруг разразятся громким стоном,

Я выйду в жизнь, а жизнь в меня,

И маятник качнётся снова…

Песня о первых чекистах

Старые кожанки брошены на стуле,

Чей-то хруст зубовный и признанье на столе!

Снова мы, товарищ, сэкономили на пуле —

Враг во всём признался и болтается в петле!

Мы шпиона встретим узкою тропою,

Каравай свинцовый для непрошенных гостей,

Держим мы, ребята, с вами за душою,

Нет, друзья, чекиста лучше и добрей!

Наш наган начищен и полны карманы

7 и 62 калибра новеньких маслят,

Не страшны нам, братцы, никакие раны,

Нам бы только Родина отдала приказ…

Закат над Охтой

Застыли сосны в изумленьи,

В янтарном замерли строю,

И птицы, словно в иступленьи,

Гимн солнцу радостно поют!

На небе зарево пожара

Разлито щедрою рукой,

И до краёв налита чара

Зеленоватою рекой!

И тихо гаснут в поднебесьи

Остатки прожитого дня,

Спасибо, Охта, нет чудесней

Твоих закатов средь дождя!

Стрелы

Богиня стрелами ресниц

Палит в толпу неосторожно,

Ей невдомёк, что чей-то принц

К своей принцессе насторожен

Вдруг стал, её завидев взор

И губ глубокое страданье,

И мимолётный разговор

И взгляда лёгкое ласканье,

Ему забылось навсегда

Всё, что доселе было смыслом,

Она играет – он дурак,

А жизнь – над пропастью повисла…

Сшиты нитками мостов…

Сшиты нитками мостов острова,

Кроткой львицей сквозь решётки – Нева,

Тусклым взглядом – отраженье в воде,

Не увидишь ты такого нигде!

Ровной строчкою проспекты легли,

И шумят на Петроградке углы,

На Васильевском бакланы кричат!

Это Питер – наш родной Ленинград!

Медным шпилем, словно быстрой иглой,

Петропавловка, забыв про покой,

Шьет полотна над моей го