Жизнь как притча

Светлана даже не поглядела в их сторону. Она обхватила голову руками и, как подрубленная, опустилась в снег. Агатий же нащупал в сугробе выступ скальной породы, вцепился в него и, глухо рыча, препятствовал рослому товарищу оттащить его в сторону. Наконец они оба выбились из сил.

– Гад! Гад! Гад! – неистово закричал Гарри, отстраняясь от Агатия и направляясь к обрыву. Весь в комьях снега, он был похож на ожившего мертвеца. Издав страшный вой «А-а-а!», Гарри подхватил Светку и…

Мозг Агатия продолжал размеренно фиксировать происходящее.

«Они прыгнули. Их нет. Гарри не тронет меня. Я… Что я? Кажется, жив. Жив?.. Зачем? А Светка?..»

Юноша лежал в снегу, вжав грудь в каменный выступ, не имея сил ни расцепить руки, ни подняться. Его тело превратилось в бесчувственный комок вымороженной плоти. Пытаясь зацепиться за ощущение жизни, Агатий стал разглядывать себя изнутри. «Может, я просто замерзаю? – подумал он. – Надо же! Прям как в той соляной пещере!» Ему припомнились гигантские сталактиты и сталагмиты, которые он видел в знаменитой Кунгурской пещере.

«Не то, не то!» – твердил мозг, мысленно осматривая вместе с ним обмороженные фрагменты тела.

Немного прядя в себя, Агатий с трудом отслонился от каменного выступа и, упираясь ладонями в снег, подполз к краю утёса. Увидев распластанные на льду тела любимых товарищей, он потерял сознание.

Парню повезло. Ангел-хранитель, о котором он тогда не имел ни малейшего представления, не позволил ему замёрзнуть и вернул к жизни. Белый, как снежный ком, Агатий сполз со скалы и, не оборачиваясь, побрёл на большак по протоптанной в лесу дорожке.

Первый же проезжавший водила заметил его (правда, принял сначала за торчащее из снега сломанное дерево), втащил в кабину и привёз в Минусинск. Мужик завёл парня в теплушку автостанции и вышел позвонить «03». Не понимая, где он, что с ним происходит, Агатий выбрался на улицу. Сделал несколько шагов, упал, поднялся и через пару метров уткнулся в холодный железный поперечник. Не имея сил двигаться дальше, юноша прижался к нему, как к спасительному выступу утёса.

* * *

– Там меня и подобрал Виталий. Остальное, отче, вы знаете…

Агатий стоял на коленях перед Саввой и теребил в руках вязаную скуфейку. Его острые худые плечи неправдоподобно вытянулись вверх до самых ушей и, казалось, вот-вот оторвутся от тела.

– Бедный мальчик, – нараспев проговорил старец. – Вижу, как трудно тебе, как гадко внутри.

Савва подхватил юношу под локти и поднял с колен.