Я был готов любить весь мир

Казалось, ничего, кроме их всепоглощающей страсти, не существует. Мир взорвался на тысячи восхитительных осколков, и вселенная разверзлась их криком… Их души летели к звёздам, а тела, тяжело дыша, замирали…

С трудом откинувшись, он обессиленно упал на спину и притянул рукой её к себе. Она прильнула, прижавшись к его груди в усталом упоении. Ах, как хотелось закрыть глаза и уснуть, вот так, вместе, и забыть обо всём! Но нужно было вставать и спешить в этот суетный мир с его заботами и проблемами, ждущими за порогом.

Лиза, помня об этом долге, зашевелилась, пытаясь встать и стряхнуть с себя сладостную дремотную негу. Но Игорь, не желая отпускать, властно привлёк её к себе.

– Пожалуйста! – взмолился он ласково. – Ещё чуть-чуть, совсем немножко! Просто полежи со мной!

Не в силах отказать Лиза легла на его плечо.

– Хорошо, – ответила она, – но совсем чуть-чуть!

Было так хорошо… Так спокойно… И за окнами тихо шумел город. Он словно океан – большой, огромный – всё что-то рокотал и рокотал своё! А они, словно два зачарованных странника, грелись на крошечном островке в лучах счастья и всё плыли и плыли куда-то в райские земли…

* * *

Лиза вдруг услышала, как плачет ребёнок.

По привычке она вскочила и бросилась в темноту. Запутавшись в простыне, чертыхаясь, упала. Раздражённо позвав мужа, гневно спросила:

– Кто выключил свет, чёрт возьми?

Проснувшись от крика Лизы, Игорь, ничего не понимая, сел в постели.

– А его никто не включал, – хмурясь, в темноте сказал он.

Вздрогнув от его голоса, она, испуганно озираясь, спросила шёпотом:

– Игорь? Ты что здесь делаешь?

– По-моему, мы оба здесь! – констатировал он факт.

– Где «здесь»?! – ещё больше испугалась она. – О нет! – всхлипывая от отчаянья, простонала, осознавая, что случилось. – Мы уснули! Господи! Господи! Господи! – несчастно шептала сквозь слёзы, пытаясь собрать свои вещи.

– Лизонька, милая, не убивайся так! – Игорь, поняв наконец, что произошло то, чего не должно было случиться, соскочив с постели, помогал ей собирать вещи, сам чуть не плача от осознания своей вины и жалости к ней.

 – Может, всё ещё обойдётся! – уговаривал он.

– Что «обойдётся»?! – в отчаяньи с упрёком вскричала она. – Ты что, не понимаешь?! Уже ночь за окном! – бросила она словно обвинение, продолжая бурчать, спешно натягивая на себя собранную одежду. – Ребёнок не кормленный, няню давно пора было отпустить. И муж в это время уже всегда дома.