Иван-Царевич за тридевять земель

Братья сошлись во мнении, что чипсы, которые продаются в аэропорту – особенные, особенно вкусные!

Наконец, пассажиров стали впускать в самолёт. Все заняли места согласно купленным билетам, и Иван-Царевич с мамой оказались у маленького окошка. Выглянув наружу, Царевич увидел, как много людей суетятся вокруг самолёта и среди них два дяденьки, грузившие коляску Ивана-Царевича в багажное отделение.

–Бах! Бах! Бух! – один за другим чемоданы, сумки, и прочий багаж с большой тележки перемещались в брюхо самолёта.

Иван-Царевич даже немного заволновался, сможет ли стальная птица с таким грузом в животе оторваться от земли. Но переживал он зря – загудели двигатели, заколотилось сердечко, самолёт медленно поехал, затем стал разгоняться и, вдруг, в одну секунду перестала чувствоваться вибрация шасси (это так по-научному называются колёса у самолёта) – самолёт взлетел.

– Раз – два – три – четыре – пять, – и машины (самые настоящие) стали размером с игрушечные.

– Шесть – семь – восемь – девять – десять, – и дома вначале съёжились до размера пуговиц с Папиной рубашки, а потом и вовсе пропали.

Самолёт забрался выше облаков, и они лежали внизу плотным слоем белой воздушной сахарной ваты – зрелище волнительное и аппетитное. Подумав о сахарной вате, Иван-Царевич вспомнил, что с самого завтрака у него маковой росинки (пара печений, большой леденец на палочке, кремовая булочка и почти пол-пачки чипсов – не в счёт!) во рту не было. Самое время подкрепиться!

У Мамы во время любых выездов “в люди” в сумке всегда была припасена баночка, с изображённым на ней воронёнком и надписью “Карумс”.

Название было очень созвучно изображению, но на самом деле означало “Лакомство” – взбитый в нежнейшую пену ванильный крем! И тут (о, ужас!) обнаружилось, что в Маминой сумочке нет чайной ложки!

В сумочке был уголь от тошноты, открывалка, чистые носовые платки, туалетная бумага, “швейцарский” ножик, пластырь, йод, ватные палочки для ушей, шариковая ручка, бумажные пакеты, пара памперсов, бутылочка газировки, мятные леденцы, карта города, расчёска и вышеупомянутая баночка с лакомством.

Но ложки там не было!

Папа хотел было попросить очень обходительных девушек в форменных нежно-голубых (“Как незабудки!” – подумал Александр Папович) блузках принести им чайную ложечку, но девушки в тот момент были очень обходительны с другими пассажирами, поэтому всё время обходили Папу стороной.