Кровиночка

Девочка слушала мать, виновато опустив голову.

– Марина, добрый день! – окликнула Валентина женщину.

– Вы!

– Можно с тобой поговорить?

– Мне не о чем с Вами говорить. – ответила она и, схватив Лизу за руку, быстро пошла домой.

Часть 4

Валентина стояла и смотрела в след удаляющимся Марине и Лизе. И на что она рассчитывала? На то, что Марина встретит ее, как добрую знакомую? То, что она не захотела разговаривать с Валентиной было предсказуемо.

Расстроенная Валентина поплелась домой. Там она долго и горько плакала.

Лучше бы она вообще ничего не знала о внучке, доживала бы спокойно свой век. А теперь то как? Ее выдернул из печальных мыслей настойчивый звонок в дверь. На пороге стояла Марина.

– Марина? Здравствуй, проходи. – вытирая слезы, пригласила Валентина.

– Что Вы себе позволяете? – гневно заорала на нее женщина.

– Марина…

– Мне Лиза все рассказала. Вы что, выслеживали ее?

– Нет. Так она правда моя внучка?

– Да с чего Вы взяли?

– Она так похожа на Митю…

– Похожа, ну и что! Не смейте приближаться к моему ребенку! Слышите?

– Я ничего плохого не хотела…

– А что Вы хотели?

– Я хотела просто посмотреть на нее, убедиться.

– Убедились?

– Понимаешь, Дима умер год назад. Теперь она моя единственная кровиночка во всем белом свете…

– Никакая она Вам не кровиночка! И думать не смейте! Вы мне и так всю жизнь сломали!

– Марина, но я же ничего не знала о ее существовании.

– Конечно не знали. А знали бы, так что? А знаете, что мне пришлось пережить, благодаря вашему сыночку?

– Ты так внезапно исчезла.

– Конечно исчезла. Потому что родители выставили меня. «Какой позор!» – говорил мой папаша. «Нужно меньше бедрами вилять. Сначала глазки строишь, а потом жертву из себя корчишь!» – так он на меня кричал. А я совсем ни в чем не была виновата. Отправили меня к тетке, к черту на кулички. Я слишком поздно догадалась, что беременна, и, вместо того, чтобы в институт поступать, поехала в роддом. И в роддоме ее оставить не смогла, жалко стало.

А как Вы думаете, сладко жилось восемнадцатилетней девчонке с ребенком на руках, да еще в чужом городе, на шее у тетушки? Хорошо, она женщина добрая была, не вышвырнула меня.

– Но я же ничего не знала. Если бы ты хоть весточку дала, я бы помогала тебе, как могла.

– А зачем? Вы тогда откупились, договорились с моими родителями. Папаша так вообще два зайца одним выстрелом убил – и меня со своей шеи скинул, и деньгами разжился.