Хозяин всего нашего

– Чего ты хочешь от меня? – воплю я.

– Кто это лезет?

– Чего ты хочешь от меня?

– Кто лезет?

– Какое тебе дело…

– Мне есть дело. Кто лезет?

– Пошел ты! – я положила трубку.

Почему ты кричала, почему не разговаривала с ним нормально, спрашивала я себя целый вечер – видимо, мне было неприятно, что моя агрессия за долю секунды прекратила меня в двуглавого дракона, из пасти которого вырываются пламя и сера.

С ним невозможно разговаривать, отвечала я себе. В его голове находятся исключительно его потребности.

Нет, у него нет головы, только горбатый нос, водянистые испорченные глаза, впалые щеки. У него нет головы, а только котел, где готовятся манипуляции… Это правда, что я возвращалась. Почему?

Сосед снова включил телевизор, однако продолжал громко возмущаться.

Пять двадцать восемь… Я выключила все заведенные будильники на часах и телефоне. Пора начинать первый рабочий день. У меня болела голова, жгло в глазах.

Когда я спешу, у меня замечательная координация движений. Правой рукой открываю шкаф на кухне, левой вынимаю кофейную чашечку, правой включаю воду, пока чашечка не наполнится до краев.

Потом правой беру блюдце и ставлю на рабочий стол. Той же рукой включаю конфорку, беру турку, ставлю ее на плиту и наливаю в нее воду. Очень экономно в плане времени, минимальные затраты. Все это проделано за пятнадцать секунд. Пока закипает вода, готовлю завтрак, потом засыпаю кофе в кипящую воду, потом готовлю чай, пока конфорка горячая. Мои сборы длятся не дольше двадцати минут, двадцать пять – если я читаю сообщения и отвечаю на них. Да, я очень горжусь отличной организацией.

Этим утром из-за усталости было по-другому. Руки двигались, как им заблагорассудится, не по привычке, не по установленному распорядку. Они сталкивались и устраивали беспорядок. Поэтому все продолжалось намного дольше. Из рук выпал пережаренный ломтик хлеба, я порезалась, нарезая сыр, и пролила кофе (что для меня, усталой, было наиболее критичным промахом, с учетом того, что у меня не было времени сварить новый).

Я встала достаточно рано и тем не менее опаздывала. Бежала за трамваем, а он показал мне хвост. Трамвай уезжал по прямой вдоль бульвара, оставив меня возмущаться.

На остановке быстро создалась толпа. С приглушенным скрипом прибыл следующий трамвай. Шестой. Продолжаю ждать. Пятый. Весь трамвайный парк проедет, пока не появится снова семерка. Вот едет еще один, красивый, новый, вагоны, кажется, с обогревом. Останавливается. Четырнадцатый.