В логове коронавируса

Фотографировать на протяжении всего подъёма было нечего: вокруг рос высокий кустарник, закрывающий обзор. Изредка попадался яркий светлячок тропического цветка, выглядывавший из вечнозелёных зарослей. У кого-то из блогеров Сергей Анатольевич читал, что в этом парке водятся обезьяны. Очень хотелось свернуть куда-нибудь с дорожки, поискать приматов, но и свернуть было некуда, зелёный конвой исключал эту возможность. По дороге он рассказывал спутникам о своей страсти снимать птиц, о постигших его утренних огорчениях от поломки фотоаппарата, что на самом деле собрался теперь заниматься не столько ландшафтной съёмкой, сколько проверкой возможностей своей испорченной аппаратуры.

Наконец, достигли смотровой вышки. У её подножия в небольшой беседке-курилке отдыхали туристы из России, ждали наступления сумерек, чтобы запечатлеть с высоты четырёх сотен метров красоты приморского района Саньи. Серьёзной аппаратуры у них не было, значит, снимать собирались на телефоны. Восстановив дыхание, по винтовой лестнице взобрались на самый верхний, пятый уровень.

Сергей Анатольевич занял местечко в углу площадки, разложил треногу, закрепил на неё камеру и сделал пробные снимки, подбирая выдержку, при которой получались бы приемлемые снимки. Рядом с собой пристроил Асю, чтобы она не пускала к аппарату не очень-то деликатных китайцев. Приготовившись, вся компания стала с воодушевлением наблюдать завершающее день небесное, оно же и ландшафтное представление, которое они решили поименовать «Наш первый закат в южном Китае». Или «Новогодний закат в южном Китае». Никто ещё толком не знал, что их ожидает.

На западе висело кособокое облако и дарило надежду на то, что на картине заката будет присутствовать объёмность. Поймёт ли интригу вечернего шоу камера, фотографу и предстояло вскоре выяснить. Казалось, светило проползало меж щелей перекошенной туманности и низкими лучами изо всех сил золотило, приукрашивало тревожную небесную картину. Защитных масок ни на ком из стоящих на площадке не было, страху перед злющим вирусом, и разгулом губительной пневмонии ещё только предстояло взять власть над людьми.

Периодически, по мере ухода света, Сергей Анатольевич увеличивал выдержку. Монитор камеры давал обнадёживающие показания. День был тёплым, и во время подъёма было откровенно жарко. На вершине холма гулял заметный ветерок, который поначалу принёс облегчение, но с усугублением сумерек становился и настырнее, и прохладнее.