Госпожа Ректор

– Тогда каким это, извините, макаром? – спросил Володя у окружающего пространства. Пространство ответило уже порядком доставшим «Мрр-ряя-у-уу!», очевидно, соглашаясь с мужчиной и безмерно же удивляясь.

Володя, не долго думая, подошел к непонятным образом ведущей себя технике, и откинул крышку.

Экран, как и следовало ожидать, был темен и никаких иконок на нем не светилось.

– Хмм… – подумал Володя, – хмм… – А не глюки ли у нас, господа?

Постояв так, глядя на темный монитор, он закрыл ноут в великом недоумении.

Замолчал и залетный кошак, избравший окрестности дядиного дома местом своего паломничества в поисках родственной души, не говоря уже о большем.

И ничто более не нарушало тишины глубокой ночи, царившей за окном.

Наш физик-теоретик постоял в глубокой задумчивости пару минут, и, все еще удивляясь, отправился на свое ложе.

Однако уснуть ему больше не удалось.

Мужчина неожиданно ощутил такое одиночество, какового не чувствовал уже давно.

Захотелось вдруг, как тому неведомому кошаку, завыть, отдавая всю накопившуюся горечь и все свое разочарование, всю свою боль окружающему миру, который, он был в этом уверен, примет в себя все, что бы ты ему не отдал.

Примет.

И эта уверенность давала Володе надежду, давала облегчение. Вот только завыть не получалось. Непривычны ему были таковые экзерсисы. Хотя читывал он в литературе, писали люди знающие, что вот очень полезно иной раз выпустить из себя груз негатива, накопленный, что и говорить, за годы жизни.

И всего-то Володе было под сороковник, а поднакопил, что и говорить. Недаром и мигрени, похоже, начались.

Что значило это объяснение «ностальгия»? Володя совсем был не готов копаться в глубинах собственной души, но что делать, когда уже никак не уснуть?

Хочешь, не хочешь, а мысли, мои скакуны, принялись галопировать без остановки.

Будучи по жизни скорее одиночкой, Володя до сих пор не задумывался о семье. Для него существовала и была семья единственная.

Наука, которая занимала все его мысли и все его время. Он жил ею, жил для нее и ради нее.

Так почему сейчас на душе вдруг стало так тоскливо? Почему именно сейчас он почувствовал такое одиночество?

Да, его уволили. Это и понятно. Кому нужен работник, пусть даже гениальный, с такими вот приступами?

И мысль эта вдруг обожгла его душу так, куда там той крапиве. Телесная рана затянется, заживет со временем.