Сказка у реки

Будто бы я провалился в пещеру и очень долго полз по ней, а потом, наткнувшись на какие-то воды, что-то понял или выпил, черт бы его побрал…

– Вставай, придурок! – Мой друг разбудил меня тычком в грудь.

Взяв вещи, я поднялся.

Мы начали подъем в горы. Дорога вела в невиданные и прекрасные места. Лес словно окутывал тайною чего-то, что не известно никому из людей. Мы шли и пели чудесные песни, песни о главном. Ветка за веткой уходили печаль и тревога. Сквозь кроны не было видно солнца. Только пустота и мелкая пелена.

Света почти не было.

Я шел и мечтал о разном. Вдруг показался лисенок, который бежал рядом и как будто играл со мной. Казалось, будто это человек в образе зверя. Как вдруг он упал с отвесной скалы… это было ужасно. Я хотел помочь ему выбраться. Подойдя ближе, я понял, что это была огромная пещера, куда с легкостью пролезу и я сам. Я подозвал ребят, чтобы они меня подстраховали, но едва крикнул, как услышал крик в пещере, а точнее, пение. Своим криком я бы привлек слишком много внимания, и я просто пошел на пение.

Сначала это был большой проход, но потом появилась вода, и стало слишком скользко. Я уже хотел было вернуться, но увидел лисенка, который словно звал меня. Только очень тихо. Звал взглядом. И я побежал. Бежал быстро. Стены пещеры начали сужаться. Все четче и четче я слышал звуки барабанов и песню, отчетливо слышал, как бьет вода, словно водопад. Любопытство раздирало меня. Я полз по грязи и знал, что вот-вот покажется выход, хотя пещера была очень узкой.

Отчаявшись, лис снова дал о себе знать, свернув куда-то в конце туннеля. Свернув следом, я увидел – ура! – свет и целый тропический лес! Но, встав, понял, что поранил руки и ноги, и бросился к воде, чтобы промыть рану. Пока бежал, жажда меня просто убила. А в ушах был сплошной ультразвук, который просто разрывал меня на части.

Как только я упал в воду, все звуки тут же исчезли. Все растворилось в шуме водопада. Нырнув, я увидел, как ветви Ивы коснусь воды, словно доставали меня.

А когда я вынырнул, время шло в другую сторону. Камни постепенно становились меньше, водопад исчез, большая гора, которая была надо мной, растворилась. Сидя в воде, я боялся пошевелиться. Одна лишь Ива была неизменна, все вокруг изменялось, кроме нее.

К пруду с Ивой подошел человек и принес свою дочь, она умирала. Он плакал, и Ива открыла свои косы, и он вошел туда, а потом девочка, лежащая в воде, погрузилась в воду полностью и исчезла вместе с отцом.