Мы выбираем дороги или они нас?.. Часть 2. Магическая фантастика

Владимир обошёл столб, внимательно осматривая его.

– Сюда… – задумчиво произнёс он и прикоснулся к ровной прохладной поверхности. Лёгкое покалывание пальцев, и ладонь плавно стала погружаться внутрь.

– Ну, всё как обычно, – усмехнувшись, произнёс Владимир и шагнул в столб, тут же оказавшись в небольшой неярко освещённой высокой комнате. Стена перед ним выглядела зеркальной, в отличие от трёх других, казавшихся каменными, как и сам столб, впустивший его сюда.

Возле зеркальной стены, очень близко стояло кресло – удобное, с бархатной красной обивкой, деревянными подлокотниками и каменным подиумом.

Пол и кресло представляли собой единое целое.

Понимая, что кресло предназначено для него, Владимир с трудом втиснулся в него, озираясь по сторонам, и постарался принять более-менее удобную позу, взглянув и вверх, на теряющийся в темноте потолок.

Отражающая поверхность стены стала меняться. По ней прошла серебристая рябь, растворив зеркало. От неожиданности открывшегося вида Владимир резко подскочил.

Но ударившись лбом о стену, не исчезнувшую, а просто ставшую прозрачной, вновь упал в кресло.

Напротив, в другом таком же кресле сидел граф Вальдемар, одетый всё в тот же чёрный плащ, в каком и преследовал его. Только сейчас капюшон не прикрывал голову. Владимир впервые видел кровного отца. Впервые после того, как переместился из этого мира в пятилетнем возрасте. Но тогда его внешность никак не могла влиять на сознание мальчика. И потом, глядя на портрет в кабинете, он поразился, насколько они похожи, но всё же оставалась надежда, что они разные.

И сейчас Владимир словно продолжал сидеть перед зеркалом.

Может, у граф Вальдемара при внимательном рассмотрении волосы и глаза оказались бы немного темнее, но эти мелочи ускользали. Владимир видел своё отражение, только в чужом одеянии.

Осознать, что граф Вальдемару более ста восьмидесяти лет, казалось, невозможно. Даже зная о вакцинации Владимиру трудно было это принять.

Граф совсем не выглядел старше его. Будто время остановилось. Вспомнилась и странная дама, встретившаяся ему на балу при первом попадании в этот мир после долгого отсутствия, и слова Этьены.

Глядя на кровного отца, неприятный холодок пробегал по груди. И мысль о том, как же их можно различить.

Граф Вальдемара и Владимира разделял лишь небольшой стол, если забыть о стене. Казалось, протяни руку и коснёшься того, кого совсем не хотелось видеть.