Идея любви. Рассказы

А самое главное, из-за чего в принципе и возникла вся эта заваруха, было в том, что их главарю, Крюкову Николаю, по кличке Крюк (не знаю, из-за чего он получил такое прозвище, то ли из-за однокоренной фамилии, то ли из-за разновидности удара в боксе), давно нравилась моя Юля. Раньше они учились в одном классе и даже некоторое время встречались, но потом разошлись, вернее сказать, Юля бросила Крюкова, когда узнала о его делах, и он во что бы то ни стало, любыми путями хотел вернуть ее.

– Да, – вздохнул я.

 – Поможешь мне? – спросил я, хотя и сам не знал, в чем именно должна состоять его помощь.

Леха, услышав мой вопрос, еще больше изменился в лице, побледнел и паническим голосом ответил:

– Знаешь, Андрей, я бы с радостью, но что я могу сделать? Да и свободного времени совсем нет, курсовые уже поджимают, скоро надо сдавать, работы непочатый край. Ты то собираешься все это сдавать?

– Собираюсь, – ответил я и пошел, но, остановившись, развернулся и, посмотрев ему в глаза, с презрительной интонацией произнес, – спасибо за информацию.

Я не слышал его ответа, не слышал просто потому, что ничего больше не хотелось слышать от этого человека. Нет, я его не осуждаю, Леху тоже можно понять, кому хочется переть против стада боксеров. Я только вспомнил двух своих друзей, которые остались в другом городе, уж они то не побоялись бы пойти ради меня хоть на что. Да, вот это была дружба! Хотя почему была? Она и сейчас есть, просто немного поменялась география жизни, а настоящая мужская дружба остается на века.

Я не осуждаю Леху, но я в один миг размашистым движением души вычеркнул его из списка своих друзей.

А время шло, стремительно приближая меня к назначенному сроку, от данной мне недели оставалось только два дня. Я по-прежнему встречался с Юлей, правда, теперь старался не гулять с ней по ее району, а выходил в другую часть города. Но все равно, когда я провожал ее, то волей неволей оказывался в «Подворотне», и это было страшно. Не зная, в чем причина.

Но заметил тот факт, что, когда я шел с Юлей, то страху как и не бывало. Я думаю, это из-за чего-то вроде ответственности. Я твердо уверен в том, что я костьми лягу, но не дам ее в обиду.

Другое состояние приходило ко мне, когда Юля уходила и дверь ее подъезда закрывалась. Тогда я оставался один на один со своим страхом. Я быстро шел по улицам, стараясь избежать встречи с ненавистной мне компанией. Но «быков» в течение этой недели я так и не встретил.