Взаправдашняя жизнь

Столь же осторожно подбирался к автомобилю. Завел и принялся очищать от снега, а его за два дня, пока не выезжал из дома, набралось прилично. С увечными дланями было некомфортно работать щеткой. Но постепенно привык и даже разошелся так, что в какой-то момент брелок автосигнализации, лежавший на торпеде, соскользнул вниз и автомобиль радостно пискнул в ответ. Я поначалу не придал этому значение. Масштаб беды вскрылся, когда, закончив очистку, я попытался открыть двери. Они оказались наглухо закрытыми.

Видать, брелок падая, умудрился в несчастливый для меня день удариться именно той кнопкой, которая отвечала за блокировку дверей. Пришлось идти за вторым комплектом.

Естественно, он оказался разряженным. Через минут десять, купив в ближайшем магазине батарейку, я вернулся к своему автомобилю. Он вновь был завален снегом, слетевшим с крыши соседнего дома. Да так «удачно», что одна из прихваченных сверху внушительных сосулек, разбив стекло, улеглась на заднем сидении.

– Не очищай пока автомобиль от снега, – посоветовал мне сосед Дмитрий Волков.

 – Я сейчас вызову представителей управляющей компании, заактируем ущерб и они будут обязаны его тебе возместить. Снег с крыши не очищен, сосульки не сбиты, стоянка не огорожена —полностью их вина. И вообще на это место старайся не ставить больше свою машину – в прошлом году мне здесь тоже не повезло, заднее стекло разбилось из-за сосульки. Коммунальщики поначалу ударились в отказ, но я их умело прижал. Прижмем и сейчас. Но с тебя хороший вискарь. Ладно-ладно, это шутка.

Волков – майор ГИБДД. Пока он носил по три-четыре звездочки на погонах, я часто попадался ему на шоссе за превышение скорости. Он лишь подшучивал: «Выбирай другие маршруты, не порть мне статистику». Вряд ли ему тогда её портили – менял автомобили каждые два года. Проблемы начались, когда на дорогах понатыкали видеокамеры наблюдения. Сейчас работа у него поскучнее – возится с бумагами в комиссии по разбору…

Встреча с Волковым наконец-то прервала полосу невезения – представители управляющей компании не особо упирались, когда составляли акт об ущербе по их вине.

Мои израненные руки вызывали у них искреннюю жалость. Пообещали с оплатой не тянуть…

Как только отбыли коммунальщики, вернулись мои лыжники с дачи.

– Папа, что случилось? – засыпала вопросами дочь, едва вылезла из автомобиля. – Я так ничего и не поняла из того, что ты второпях говорил мне по телефону.