Саян. Повести и рассказы об охоте и природе

У меня перед глазами не тронутые человеком угодья – почти в центре Европы! Я даже с некоторым воодушевлением и трепетом ступил на прогибающийся вокруг меня топкий слой травы и мха, и, тыкая впереди себя ореховой слегой, направился по заметной тропинке в сторону острова. Тропинка петляла между кочек, между открытых и жутких «лапек» чистой черной воды. Часто стали попадаться следы лосей, хотя их свежесть определить было сложно – грязь, вода, следы мокрые, глубокие. Петя вскоре совсем исчез из виду в редколесье чахлых сосенок, и я остался, казалось, один в этом тихом, безмолвном диком краю.

Хотя… вот на кочке помёт глухаря – его ни с чем спутать невозможно. Клюквы в этом году много, но сейчас она еще белобокая. Сверху красная, а со стороны мха – белая: я уже вдоволь «накислился» блестящими шариками. Сейчас все мое внимание было приковано к еле видневшимся верхушкам больших елей на первом из островов, до которого идти было по моим расчетам около двух-трех километров. Как-то я не заметил, но тропинка впереди куда-то исчезла. Я уже шел чисто по болоту, перепрыгивая с кочки на кочку. Болотники пришлось откатать вверх: кое-где вода между кочек достигала до колена и выше. Эх, дела. Я огляделся по сторонам. Куда ни брось взгляд – болото, редколесье сосенок, кочки, и между ними блестит вода, трясина. И верхушки деревьев острова куда-то вдруг исчезли. «Эх, наверное, леший начинает меня водить», – усмехнулся невесело я сам себе. Но ничего: и компас с собой, и солнце светит прямо передо мной – не собьешься. Изучая топкое дно впереди себя, я пошел прямо на солнце, надеясь все-таки наткнуться на тропинку. И тут моя нога не нашла дна, и я чуть не улетел в «окошко». Впереди была замаскированная ловушка. Вода накрыта плауном, рогозом, но земли под ними не было. Мурашки пробежали по спине – надо быть внимательнее, а то не успеешь и крикнуть, как уйдешь под воду. Я обошел опасный участок, хотя предварительно попытался нащупать дно в ямке: трехметровая слега полностью и легко ушла под воду. Вскоре я нашел-таки кабанью тропу и по ней успешно вышел на остров. Стадо диких кабанов, по чьим следам я вышел на остров, было небольшое – голов пятнадцать. Тропа проходила кое-где и под водой, остается только удивляться способности диких зверей легко ориентироваться в усыпанном ловушками-ямами огромном пространстве болот. На острове – рай. Поют зяблики, где-то «очередью» лупит сорока.