Хозяйка «Доброй феи» и последний из драконов

Тот вопросительно глянул на Конфю и вдруг на глазах стал увеличиваться в размерах.

Придворный алхимик, не будь дураком, проворно залез под ближайший стол, только потом успев удивиться, как это ему удалось. Потому что стол был чуть не из целикового камня, массивный и столешница едва не касалась пола.

Однако пословица о том, что у страха глаза велики, и в другом мире сыграла свою службу. А когда Конфю услышал нечто, весьма похожее на рев, его чуть не подвел мочевой пузырь.

Еще бы!

Не только он, да и многие жители мира Киассы уже несколько веков не слышали рева дракона, который проходил оборот.

Правда, очень скоро рев стих, превратившись сначала в очень громкий крик, а потом в стон, исполненный глубокого страдания. Когда же пол сотрясся от падения крупного тела, льер Конфю, выждав на всякий случай некоторое время, попытался вылезти из-под стола.

Попытка оказалась безуспешной. Он едва смог просунуть под столешницу левую руку и правую ногу, и, к своему стыду, застрял. Мужчина крякнул, охнул, и попытался приподнять столешницу.

Однако, чертов стол никак не поддавался усилиям. С Конфю сошло сто потов, но в результате-таки ему удалось затащить правую ногу обратно.

Ситуация вырисовывалась дурацкая и практически безвыходная. – Великолепно. Просто великолепно, льеры мои, – вполголоса простонал алхимик, – М-да. Вот попал я, так попал. И он от злости с силой шарахнул кулаком по полу.

Пол завибрировал, и Конфю услышал ответный стон. К стону прибавились вполне различимые слова: – Кон… Ко-он… Ты где-е? Алхимик, услышав голос друга, который он едва узнал, мысленно осенил себя круговым движением правой руки, и с осторожностью ответил:

– Тут я.

Лайон, тут.

Лайонард Серебряный, который с трудом сел и с трудом же сосредоточил свой взгляд на звуке, идущем откуда-то снизу, старательно огляделся вокруг.

Он сидел на полу, в разорванных в клочья штанах, а Конфю исчез.

Леночка Старосадская

А в это время наша Леночка, с трудом открыла глаза. Будильник, который она, несмотря на усталость, не забыла завести вчера, зазвенел хрустальными колокольчиками.

Что интересно, именно эти колокольчики, мелодичные и тихие, будили девушку куда лучше, чем звуки громкие и резкие.

Леночка зевнула, да так сладко, что любому, кто бы ее сейчас увидел, захотелось плюнуть на все, и вернуться в объятия Морфея, досыпать не доспанное.

А недоспанного ведь хватало.

Сколько пришлось Леночке вкалывать без нормального отдыха, это врагу не пожелаешь.