В плену ослиной шкуры

Правда заключается в том, что уже прошло более пятнадцати лет, а она всё еще не могла найти место на этой земле, где прекратился бы ее вечный бег. Как легко, в сущности, сказать: «Отпусти прошлое. Отдай Богу свою ношу. Перестань чувствовать боль». Вот если бы эти слова можно было бы так же легко воплотить в жизнь… За всеми этими красивыми словами нет точной инструкции. Оливия часто задавала себе вопросы: «Как же можно отпустить прошлое? Как перестать мучиться и болеть пережитым?» Ах, как было бы здорово, если бы она могла сказать себе: «На счет „три“ я перестану думать о прошлом.

Раз, два, три, всё. Я больше не думаю». К огромному сожалению, для души нет обезболивающих пролонгированного действия. Хотя, может быть, она всё же смогла найти свой анальгетик и научилась время от времени вводить свою душу в поверхностный наркоз. Хорошо, что у нее есть старый ноутбук, немного воображения и истории других людей, за которыми можно было бы спрятать свою собственную. Ведь, когда думаешь о других людях, совсем не остаётся времени подумать о себе. И хотя это может казаться странным, но некоторым людям всё же куда проще писать об историях других людей, незаметно вплетая туда свои переживания, боль, исступление и ужасный опыт. Только так Оливия могла незаметно высказать свое отчаяние миру, где ее будто бы не существовало. Много лет назад она сама выдернула себя из этого вечного круговорота событий, превратившись в слова и фразы. И теперь в этом мире у нее нет родины, друзей, близких, родных, и даже ее настоящего имени уже никто не помнит. Много лет назад она умерла и пережила весь ужас смерти на своей шкуре, если у души вообще есть шкура. Но потом каким-то образом она снова оказалась в теле. С тех пор прошло много лет, и Оливия до сих пор не могла понять, что же на самом деле случилось той ужасной ночью, когда она ощущала гнилостный вкус смерти во рту. Когда смерть на том заброшенном пруду вместе с разлагающейся водой вошла в ее легкие и стала затягивать вниз, ко дну. Что-то точно случилось тогда, но что именно, Оливия не могла вспомнить. Она могла лишь с точностью сказать: всё, что она видела после своей смерти, не было сном. Всё было настолько реально, что когда Оливия вдруг вернулась в свое тело, то этот реальный мир показался ей выдуманным и призрачным.

Оливия закрыла глаза, и тонкие дорожки слёз проступили на ее висках. «Спи, Оливия, – мысленно сказала она себе. – Всё это было не с тобой. Это было с той девочкой с каким-то смешным и звучным именем.