Старый дом

Старый дом

Петр Никитич Синани

У нас у всех есть свой старый дом. Своё воспоминание, своя печаль, которая всегда вспоминается с грустью и ностальгией. Но мы идём дальше и редко оглядываемся назад.

Старый дом

Петр Никитич Синани

Благодарности:

Елена Искра

© Петр Никитич Синани, 2024

ISBN 978-5-0060-6868-1

Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero

Старый дом

У многих есть старая дача. Такой старый, от дедушек и бабушек доставшийся, дом.

Вот так приезжаешь, бывает, зимой на дачу, вокруг никого, все летом приезжают, тишина. Пролазишь через сугроб к калитке. Греешь замок, открываешь и идёшь к дому. Он стоит такой темный, холодный, одинокий и даже не смотрит на тебя. Заходишь на крыльцо, чертыхаясь открываешь замок и с какой-то попытки открываешь дверь. Всё, ты внутри. Идёшь по дому, всё скрипит, всё замерзло, темно. Включаешь свет, вроде как немножко жизни появилось. Подходишь к печке и начинаешь её медленно растапливать. Сперва греешь трубу, потом собственно печку. Медленно, медленно она оживает. Робко так начинает потрескивать, потом живее, живее. Процесс пошёл. Пока она греется, разбираешь вещи, подкидывая медленно дрова. Дом оживает. Через какое-то время, выйдя на улицу и оглядываясь на дом, ты уже видишь не брошенный 100лет назад холодный замок, а живой, теплый дом, который тянет к себе, который уже родной. Надо то всего 2—3 часа.

Когда-то, в 90е годы, мы с другом ездили от общества ВООПИК восстанавливать один монастырь.

Ну немного поработали, а потом нас повели на ночёвку в соседнюю деревню, там у них деревенский дом был в собственности. И вот мы идём такие, человек 7, по зимней дороге. Темно, дорога петляет, а наверху петли деревня и дом, на отшибе, в который мы идём. Дом старый, деревенский, с сенями, хлевом и всеми делами. Да и печка там русская с большой лежанкой. Идём мы, дом приближается, темный, холодный, чужой. В общем пришли, включили свет, растопили печку. Сели, поужинали, поболтали о том, о сём. Мы все друг друга первый раз видели. Все вроде опытные мужики, с нами был даже один деревенский, послушник из монастыря. Ну говорить было особо не о чем, все трезвые, не за тем приехали, легли спать. Я быстро заснул, но не на долго, часа через два, проснулся. Какое-то беспокойство меня одолело, тревога. Все спят, посапывая и похрапывая, а мне не спится. Что-то не так, а лень вставать, прям как придавило меня к постели.