Сильный ход

– Надо же, а я и не знал, что её Таисия звать, – равнодушно подумал Павел Васильевич, продолжая тупо разглядывать письмо. Так просидел он бессмысленно в кресле минут пятнадцать, пока сознание полностью не вернулось к нему и он, наконец, со всей остротой понял весь кошмарный смысл происшедшего.

– Так что же это получается? Я никогда больше не увижу свою Малышку? Тогда зачем всё это? Какой смысл в этой жизни? Хоть стреляйся.

С этими словами, сказанными вслух самому себе, он вспомнил про свой пистолет системы Макарова, который в последнее время почти постоянно носил с собой зачем-то, и похлопал себя по бокам.

Найдя его в специальном боковом кармане пиджака, Павел Васильевич вытащил и стал внимательно разглядывать, продолжая вяло размышлять о дальнейшей бесполезной жизни. Затем разрядил пистолет, вытащив полную обойму с патронами, сделал контрольный щелчок спусковым крючком и стал думать, как ему лучше застрелиться. «В висок?» – и он посмотрел налево на стенку. «Или в рот?» – он оглянулся и посмотрел на спинку кресла. Нет, и тот и другой способы ему показались невыносимыми. Павел Васильевич представил себе, как он будет лежать в чужой квартире, забрызганной его мозгами, на полу, в луже крови, и ему стало тошно.

«Может быть, лучше выброситься из окна? Но это, наверное, больно. И страшно будет, пока падаешь. Или лучше отравиться снотворными таблетками? Но это будет как-то по-женски», – продолжал рассуждать Павел Васильевич, придумывая себе сценарий красивого самоубийства.

«Вот если бы кортиком заколоться прямо в сердце, тогда бы это было геройски, по-военному. И она, узнав об этом «сильном ходе» из газет, безутешно рыдала бы и горько сожалела бы об измене. Стоп! А почему я должен умереть, а они должны жить счастливо? Нет, сначала месть! Пусть сначала они умрут, а потом уж я», – с этой мыслью о необходимости наказания прелюбодеев он взбодрился, защёлкнул обойму обратно в пистолет, спрятал его в карман, решительно встал и вышел из квартиры.

На лестничной площадке этажа Павел Васильевич постоял, обдумывая дальнейшие действия.

– А как же я их найду? – спросил он вслух, затем посмотрел на соседскую дверь, из которой давеча торчала голова противной старухи, и решительно позвонил.

Дверь тут же открылась – по-видимому, всё это время кто-то стоял за дверью и наблюдал в глазок. И действительно, на пороге появилась всё та же старуха.

– Добрый вечер.