Сильный ход

Из-за всей этой суеты он целую неделю не звонил Малышке, а на девятый день его жена скончалась в больнице, не приходя в сознание, и Павел Васильевич решил позвонить любимой, чтобы сказать ей эту новость, но телефон никто не брал.

– Наверное, обиделась, что я так долго не звонил. Ладно, объясню ей после похорон.

Суета с похоронами жены немного отвлекла его от ревнивых мыслей, тем более его единственная дочь не смогла прилететь из Нью-Йорка на похороны матери, где она якобы училась на дизайнера вот уже лет восемь.

Отказалась по причине очередного отсутствия денег, потребовав, чтобы папа прислал ей для этого крупную сумму. Но Павел Васильевич ничего дочери не выслал, посчитав, что такие деньги и ему вскоре понадобятся для предстоящего обустройства новой личной жизни.

Закончив, наконец, с похоронами и необходимыми поминками, Павел Васильевич опять позвонил Малышке, но оператор связи сообщил ему, что телефон находится вне зоны доступа. Тогда он стал звонить ей через каждый час в надежде, что его звонок всё же пробьется к ней, но телефон всегда равнодушно отвечал одно и то же: «Телефон абонента отключен или находиться вне зоны доступа сети».

Павел Васильевич совершенно не понимал, что могло произойти у Малышки в голове, если она вот уже больше двух недель находится в отключке. Нет, она и раньше не раз отключала свой телефон, сердясь на него за что-нибудь, но это бывало на два-три дня, не больше. Он давно бы уже поехал к ней на квартиру, но боялся нарушить её запрет – без предупреждения к ней не приезжать, так как это могло повлечь за собой отлучение от тела.

Павел Васильевич не находил себе места, он сильно истосковался по Малышке и желал как можно быстрее увидеть её, сообщить ей, что теперь у них нет препятствий для взаимных любовных отношений, одарить её деньгами, которые должны были у неё давно кончиться, и предаться с ней взаимным ласкам. Он звонил ей беспрерывно два дня, даже ночью и, наконец, на третий день всё же решился пойти к Малышке на квартиру без предупреждения.

«Может быть, у неё айфон нечаянно сломался, как было в последний раз, когда она его швырнула об стену в порыве гнева, может быть, она его вообще потеряла и не может ему позвонить, бедненькая, а я тут сижу и не принимаю никаких мер», – так думал Павел Васильевич, поднимаясь к ней по лестнице, почти бегом, как курсант, на четвертый этаж с огромным букетом алых роз.