Легенда о восковых людях

Лёгкий дымок от горящих костров в дальнем конце сада щекотал ноздри, и оттуда, сквозь туман и дымку, показалась группа нарядно одетых вельмож и военных. У всех изысканно одетых гражданских чинов красовались на груди новенькие ордена Святого Станислава второй степени, а на шее – ордена Святой Анны и другие знаки отличия. Мундиры генералов, расшитые золотом, поблескивали от утренних солнечных лучей, которые, как спицы, пронизывали слоистый и пушистый розовый туман фруктового сада.

Среди всех этих празднично одетых людей, всех этих эполетов, аксельбантов и орденов, выделялся скромно одетый в серо-зелёный мундир прусского образца голубоглазый мужчина невысокого роста с гордо поднятой головой. Он шёл, слегка улыбаясь, в середине свиты, держа треуголку в правой руке, а левую заложив за спину, и изредка вяло задавал окружающим несложные вопросы, а люди из его свиты по очереди тихо отвечали ему, почтительно нагибаясь. И вся эта группа блестящих сановников медленно двигалась в сторону Елизаветы Захаровны.

– Господа! Как же здесь прекрасно, как в раю! – захотелось крикнуть ей.

Но они уже увидели мокрую нелепую фигуру женщины, стоящую на краю цветущего сада, и остановились, презрительно улыбаясь, разглядывая её. И вот уже к ней бегут два рослых красавца кавалергарда с аксельбантами и мальтийским крестом на мундирах, звеня шпорами и бряцая саблями.

– Мадам, как Вы здесь оказались?

– Мадам, Вам нельзя здесь находиться.

– Мадам, Вам следует немедленно покинуть это помещение, – приглушённо кричали они, приближаясь.

И Елизавете Захаровне впервые в жизни стало невыносимо стыдно за свой неприглядный вид, за свой дурацкий бесформенный берет, за своё промокшее пальто, за разбухшие от слякоти грязные ботинки, и ей захотелось убежать, спрятаться от разглядывающих её блистательных вельмож, но ноги словно приросли к земле, она не могла двинуться с места.

– Господи, хотя бы дым с туманом закрыли меня от них, – впервые взмолилась безбожная Елизавета Захаровна.

И вот дым с туманом пополз в её сторону и закрыл, укутал её всю от глазеющей роскошной толпы князьёв, графьёв и генералов. И Елизавета Захаровна удовлетворённо глубоко вздохнула, осторожно повернулась на бок, чтобы не сползло с неё одеяло, и захрапела.